Отдаленные последствия. Том 2

Алексей приложил магнитную «таблетку» к домофону, открыл дверь и пропустил вперед Сташиса. К удивлению Антона, соседскую собаку не отвели к ней домой.

– Пусть с нами побудет, – пояснила Каменская. – Он и так целыми днями в пустой квартире, скучает, ему одиноко. Мальчики, идите пообсуждайте политику, а я пока ужин приготовлю. И Бруно с собой возьмите в комнату. Антон, когда ребята подъедут?

Сташис посмотрел на часы.

– Кузьмич должен вот-вот прибыть, а Ромке еще минут двадцать осталось.

– Нормально, как раз успею, – кивнула она.

Через полчаса все сидели за столом, поедая спагетти с соусом, состав которого Антон никак не мог определить. Чеснок и помидоры там точно были, но явно имелось что-то еще, и не одно, то ли базилик с розмарином, то ли приправы. «Надо будет спросить рецепт, – подумал он. – Наверняка что-то простое, даже я справлюсь, зато получается очень вкусно».

Бруно суетился вокруг них, подлезал под руку то к одному, то к другому, делал жалобные глаза и пытался положить морду на стол, чтобы эти глупые человеки поняли наконец: надо уметь делиться. Делиться почему-то никто не хотел.

Когда тарелки опустели, пес разочарованно вздохнул и печально опустил хвост.

– Я пошел в трудилище, – сообщил Чистяков, стоя на пороге кухни: огромная чашка чая в одной руке, тарелка с горкой печенья – в другой. – Бруно, идем в кабинет, будем наукой заниматься.

Лабрадор, как показалось Антону, больше хотел остаться там, где пахло едой и еще были какие-то шансы, но Алексей достал из кармана собачье лакомство, при помощи которого легко выманил Бруно из кухни.

– Я сейчас посуду домою и тоже пойду, – отозвалась Каменская, – нужно к занятиям подготовиться.

– К каким занятиям? – возмутился Зарубин. – Мы чего, зря сюда приперлись? Ты нам нужна.

– Да? А я думала, вам только пожрать и перекантоваться, – засмеялась она. – Ладно, тогда помогайте, вытирайте посуду, выгружайте провиант, раскладывайте по емкостям. Чай заварен, а если кто желает кофейку – самообслуживайтесь.

Дружно справились за несколько минут и снова расселись вокруг стола, накрытого к чаю. В центре на блюде – криво порезанный рулет, вокруг него – вазочки и мисочки с печеньем, мармеладом и хворостом. Антону в первый момент показалось, что он переборщил с покупками и всего слишком много, но уже через короткое время понял, что все нормально: то, что еще недавно выглядело солидными аппетитными горками, прямо на глазах превращалось в жалкие кучки, сквозь которые виднелись донышки посуды.

– Все равно я не понимаю, чего ты прицепилась к истории Выходцева, – упрямился Зарубин. – Ну нет ее в материалах – и не надо.

Но Каменская была не менее упрямой.

– Я хочу понимать, почему. Она должна быть. А ее нет.