Отдаленные последствия. Том 2
Вы когда-нибудь слышали о термине «рикошетные жертвы»? Нет, это вовсе не те, в кого срикошетила пуля. Так называют ближайшее окружение пострадавшего. Членов семей погибших, мужей изнасилованных женщин, родителей попавших под машину детей… Тех, кто часто страдает почти так же, как и сама жертва трагедии…В Москве объявился серийный убийца. С чудовищной силой неизвестный сворачивает шейные позвонки одиноким прохожим и оставляет на их телах короткие записки: «Моему Учителю». Что хочет сказать он миру своими посланиями? Это лютый маньяк, одержимый безумной идеей? Или члены кровавой секты совершают ритуальные жертвоприношения? А может, обычные заказные убийства, хитро замаскированные под выходки сумасшедшего? Найти ответы предстоит лучшим сотрудникам «убойного отдела» МУРа – Зарубину, Сташису и Дзюбе. Начальство давит, дело засекречено, времени на раскрытие почти нет, и если бы не помощь легендарной Анастасии Каменской…Впрочем, зацепка у следствия появилась: все убитые когда-то совершили грубые ДТП с человеческими жертвами, но так и не понесли заслуженного наказания. Не зря же говорят, что у каждого поступка в жизни всегда бывают последствия. Возможно, смерть лихачеЙ – одно из них?
Может, Выходцев ей рассказывал или давал свои материалы почитать, или, например, авторский экземпляр сборника подарил. Но сегодняшний Литвинович – из более поздней статьи, написанной и опубликованной, когда Выходцев уже умер. Не склеивается.
– А если Гесс как-то связана с группой Стекловой и получает от них информацию?
– Так иди и ищи эту связь, – сердито ответил Зарубин. – Сегодня у Стекловой сорок дней, народ соберется. Я Каменскую подключил, пусть вместе с твоим глазастым лейтенантом понюхает воздух вокруг этих учеников. Так что до двух часов можешь Вишнякова использовать по своему усмотрению, а в два он должен встретиться с Палной.
– Рискуешь, Кузьмич, – осторожно заметил Антон. – Парень совсем неопытный. Давай, может, я сам?
Зарубин усмехнулся.
– Я предлагал. Отказалась.
– Что так? Не гожусь?
– Сказала, что ты слишком красивый и яркий, будешь внимание привлекать. В общем, Тоша, надо с группой учеников уже разобраться наконец, окончательно и закрыть вопрос. Либо они ни при чем, и мы о них забываем, как о страшном сне, либо они причастны, и тогда из-за Гиндина мы вынуждены будем подключать УСБ.
– Да все на месте, даже Хомич появился, а Вишняков вообще не уходил, в кабинете спал, можно хоть сейчас…
– Сейчас нельзя. Мне к Большому нужно зайти.
Сташис вернулся в кабинет, где умытый, с приглаженными волосами и заметно посвежевший Витя Вишняков сидел, уткнувшись в монитор. О ночи, проведенной не дома, свидетельствовала только небритость, но поскольку Витя был темно-русым, светлая короткая щетина не особенно бросалась в глаза.
– Что читаешь? – поинтересовался Антон.
– Ищу криминальные новости за последние полгода.
– По всей стране? – удивился Сташис. – Зачем?
– Не, пока только по Москве. Мы же с тобой вчера говорили, что наши трупы могут быть как раз последними, значит, где-то еще есть первые.
– Да елки-палки! А не проще сводки в нашей базе посмотреть? Ты что, вчера родился?
Виктор посмотрел на него с укором и недоумением.
– Так у меня доступа нет к вашей базе.
– Ну да, – вздохнул Антон. – Извини, не подумал.
Доступ к информационным базам для Вишнякова открыт только с его служебного компьютера на месте работы, в Восточном округе. Здесь, на Петровке, у него нет ни места работы, ни служебного компьютера, ни, соответственно, пароля для доступа. «Черт, я уже отношусь к нему как к сотруднику своего отдела.

















