Парни из старшей школы

– Эй, але! Хватайте ее телефон!

Ройс кидается за ним, а Кэптен встает по центру, надев кастеты и бросая им вызов: осмелится ли кто-то из них рыпнуться, пока его друг стоит к ним спиной.

Ройс подбирает телефон и требует пароль.

Она медлит с ответом, но выкрикивает код, когда я дергаю за резину.

Ройс нажимает на кнопки, и экран загорается, но он ломает телефон на две части и засовывает их себе в карман.

– Будем надеяться, тебе не особо дорога инфа с этого телефона. Все пропало.

Когда девчонка начинает брыкаться, я еще крепче натягиваю шланг. В венах пульсирует адреналин, и я начинаю испытывать естественное – и опасное – возбуждение. Чем чаще она пытается хватать ртом воздух, тем сильнее оно становится. Девчонка царапается, но когда я опускаю глаза на свои руки и вижу, как на запястье выступили маленькие бусинки крови, то не чувствую ничего.

– Отпусти ее, Рэйвен, – говорит мне Мэддок.

Он произносит это ласково и даже как-то нерешительно, и мои ребра словно сжимают тисками.

Я не хочу отпускать ее…

Кровь капает на мои кеды.

– Рэйвен.

Я резко поднимаю голову на грубый оклик и замираю.

На лужайке, собравшись на шоу, столпились почти все, кто приехал на вечеринку.

Вот дерьмо.

Я отпускаю девчонку и медленно подталкиваю ее, чтобы она встала на ноги.

На меня смотрят широко раскрытые глаза, все перешептываются, и я делаю маленький шаг назад.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я ухожу по грунтовой дорожке.

Не обращая внимания на их крики вернуться, я упрямо иду вперед и вращаю руками, делая глубокие вдохи, чтобы немного выровнять бешеное сердцебиение."

"Это самое меньшее, с чем мне приходилось бороться за последние два года, это дерьмо копилось внутри меня. Я до самого конца стараюсь прятать в себе злость и обиду, и мне так хочется ничего не чувствовать, но это невозможно. Ярость прорывается. И они только что все это видели.

Вот хрень!

Простонав, я оглядываюсь по сторонам.

Кажется, что это гребаная дорога в никуда, спасибо, что хоть звезды немного освещают путь. Но я ни за что не вернусь обратно на вечеринку, где все эти люди будут смотреть на меня как на какую-нибудь подстилку, которая из кожи вон лезет, чтобы завоевать их внимание, или прощение, или любую другую фигню, которая придет им в голову.

Но все было не так.

Я оказалась там, люди решили сыграть нечестно, и меня это разозлило.

Нет ничего хуже, чем мстительный кусок дерьма, который готов продать кого-то, испортить кому-то жизнь, и все ради личной выгоды.

Так поступают только слабые и убогие.