Перепиши судьбу, или Второй шанс для герцогини

– Я не твой бывший муж, Эля, – раздраженно сказал Аламир.

Вот и дождалась.

– Извини, – повинилась я. – Лезу со своими вопросами не к месту.

– Тебе не за что просить прощения. Ты привыкла к другому поведению мужчины и к иному отношению, поэтому спрашиваешь. Мне просто неприятно, что ты неосознанно приписываешь некоторые привычки Храна вообще всем мужчинам и мне в частности. Раздутое самомнение твоего бывшего мужа постоянно требовало подпитки. Он мнил себя великим, неутомимым любовником и демонстрировал всем множество любовниц. Однако важно ведь не количество, а качество. Эта шпионка ничего мне дать не могла. И в тот момент, откровенно говоря, было не до этого, боль от потери Златы разрывала сердце. Я просто не мог представить в своей постели другую женщину.

– Понятно. Но чтобы четыре года продолжали об этом судачить, – задумчиво протянула я. – Она как-то поддерживает эти слухи?

– Нет. В какой-то степени я сам их поддерживаю, не афишируя свои отношения с кем бы то ни было. По крайней мере, в образе Аламира. Я не святой, любовницы у меня были, но только они видели мага с островов по имени Ясмир, а не короля Аара. Фактически с момента коронации со мной в образе Аламира была только ты.

– А как же леди Риала? В газетах постоянно пишут, что она – законодательница моды, обсуждают каждый ее выход в свет...

–  И уже давным-давно намекают на то, что королю пора обратить внимание на красавицу. У отца леди есть определенное влияние на прессу.

Он не знает?"

"– В Кральне, когда хотят сказать, что девушка побывала в спальне у короля, то говорят, что она ""законодательница моды"", – поделилась я одним из неофициальных правил двора.

– То есть ты считала, что Риала моя любовница?

– Ну...

– У меня нет любовниц! Ни у Ясмира их нет, ни у Аламира. И не будет, если ты согласишься выйти за меня замуж.

Глава двадцать пятая. Согласие

«Не будет любовниц»

Эта фраза преследовала меня вот уже десять дней. Если бы что-то подобное сказал Хранвон, я бы не поверила. Когда-то он обещал, что, кроме меня, других женщин для него не будет. Думаю, в тот момент он, действительно, хотел попробовать быть верным мужем, но это оказалось не так просто.

Аламир – другое дело. Он не станет лгать тому, кому доверяет, не будет давать обещаний, которых не может исполнить. Понимание этого подкупало.

Я не считала себя слишком ревнивой. В браке с Храном меня раздражали не измены сами по себе, а то, что бывший муж активно демонстрировал их высшему обществу, хвалясь тем, какой он любвеобильный. Злило и обижало его поведение, когда он специально сталкивал меня с фаворитками и любовницами. Оказалось, ему было приятно смотреть на наше противостояние.