Погоня

– Ты ходил на собеседование? – удивляется она.

– Ага. – Я быстро рассказываю ей о Камале Джайне, пока выезжаю на шоссе и останавливаюсь на красный свет. – Похоже, он примет окончательное решение после мероприятия по сбору средств в Нью-Йорке.

– Нечего тут решать: ты точно самый лучший соискатель, – отвечает она с присущей лишь матерям непоколебимой уверенностью.

– Спасибо, ма. – Сворачиваю на улицу, где находится бар Така, и включаю поворотник, чтобы занять последнее свободное место у обочины. – Я приехал на встречу с другом, и сейчас мне нужно припарковаться. Перезвоню тебе на этой неделе.

– Договорились. Люблю тебя. – Любит ли? Порой я сомневаюсь.

– И я тебя.

Мы кладем трубки, и я испытываю такое же всепоглощающее чувство облегчения, как и на прошлой неделе после телефонного разговора с отцом.

Выскакиваю из машины и бросаю взгляд на неоновые вывески перед входом в бар Така. А у двери самая настоящая очередь. Бизнес явно процветает. Молодец, Так.

Подходя к тротуару, посылаю ему короткое сообщение.

Я: «Чувак, я возле твоего бара. Ты же не заставишь отморозить яйца в этой очереди?»

Пока он набирает ответ, на экране появляются три точки.

ТАК: «Я наверху. Поднимайся. И на будущее: говоришь вышибале имя, и он пропускает. Ты в списке всегда желанных гостей».

Мило. Я – VIP-персона.

Минуя главный вход, подхожу к боковой стене здания, где при моем появлении с жужжанием открывается узкая дверь. Так, конечно же, сейчас видит меня через камеру. Я помогал ему настроить систему видеонаблюдения, которой он может полностью управлять со смартфона. Это облегчает вход и выход из бара. Плюс, он серьезно относится к безопасности. Малышка и ее мама – самые важные в мире люди для него.

– Привет, – говорю я, поднявшись в квартиру на втором этаже.

Так приветствует меня держа дочку Джейми.

– А-а-а-а! – увидев меня, визжит она.

Положа руку на сердце, могу признать, что она – самый красивый ребенок из всех, которых я когда-либо видел. Ей самое место в рекламе подгузников и на баночках детского питания. Она взяла только лучшее от обоих родителей, которые вообще-то ужасно симпатичные, особенно Сабрина.

Розовый, как бутончик, ротик Джейми открывается, и она одаривает меня широкой беззубой улыбкой и машет в мою сторону руками.

– Она вечно требует внимания, – вздыхает Так.

– А я и не возражаю. – Протягиваю руки, и шестимесячный ребенок практически кувыркается в них. – Она стала такой большой, дружище.

– Знаю. Клянусь Богом, стоит мне отвернуться на пять секунд, как она становится в два раза больше.

Джейми со счастливым видом ерзает у меня на руках, без конца ощупывая пухлыми ручонками щетину на моем лице. Она любит текстуры и восхищается цветом.