Я просто играю... (СИ)

Смотрит в глаза при этом, жадно ловя все эмоции, которые мне почему-то не удается скрывать. Я бы, может, хотела изобразить такую женщину-вамп, которая подобных Адилю мужчин за завтрак с мюсли ест, но проблема в том, что я в этот момент совершенно беззащитна перед ним.

И отчетливо осознаю, что мужчин, подобных Адилю, у меня не было… И вряд ли будут, если честно.

Это просто опыт. Жаркий, интересный… Но повторять его я не захочу.

Адиль коротко и грубо целует, врезаясь одним толчком до основания, и я взвизгиваю ему в рот от боли возбуждения.

Ох, он огромный! Он меня буквально разрывает! А Адиль еще и привыкнуть не дает, сразу начинает двигаться. Да как! Медленно, уверенно, с оттягом, то выходя практически наполовину, что при его габаритах очень даже существенно, то опять загоняя в меня член до основания, и в этот момент я уверена,  что он там куда-то далеко очень достает.

Обхватываю ногами его за бедра, ощущаю себя легкой и воздушной, потому что держит босс  меня вообще без каких-либо усилий, а проникает так глубоко и так сильно, что все рецепторы, что есть там, внутри меня, как и снаружи, впрочем, радостно отзываются и  благодарно ноют.

И я ною, тихо поскуливаю без слов в ответ на каждый жестокий толчок, цепляюсь за широченные плечи, обтянутые дорогим пиджаком, жадно вдыхаю терпкий, мускусный запах его парфюма, перемешанный с ароматом возбужденного мужского тела. Он поразительно вкусно пахнет, я хочу облизать, да что там! Укусить хочу!

Это моя игра! И я делаю, что хочу! Кусаю! Жадно вгрызаюсь в словно нарочно подставленное горло, с кайфом ощущаю на языке вкус его кожи и пота. Ах… Это божественно!

Он — божественен! Он трахается, как бог! Нет, как дьявол! Мой восточный демон!

Выгибаюсь, сжимаю крепче, пытаясь двигаться навстречу, но Адиль эгоистичен в сексе, он любит доминировать, а потому не позволяет мне двигаться. Рычит, прижимает сильнее к стене, наваливается еще больше и ускоряется, каждым движением своего огромного члена приближая меня к безумию. Моей персональной нирване! Седьмому небу!

Я забываю, где нахожусь, раскрываю рот в крике, но он начеку, перекрывает  губы  ладонью, сжимает, упирается лбом в стену надо мной  и двигается,  двигается, двигается! Безжалостно, практически насильно! И я не выдерживаю, кончаю с такими дикими сладкими спазмами, что на мгновение даже сознание теряю, кажется!

Адиль убирает руку, вжимается мне в рот жадным поцелуем и продолжает! Он неутомим, я знаю. Ему мало этого!

Придя в себя,  только и могу, что обессиленно висеть на нем, цепляясь и ощущая себя секс-рабыней, которую трахает жестокий хозяин… Полное подчинение. Никакой инициативы.

И это, против обыкновения, против моих принципов, опять заводит.