Раздевайся, тебе понравится!

Ту, к которой неровно дышит, вообще должен защищать до последнего, а я, как кретин, все позиции сдал. Теперь отвоевывать придется, снова баллы в ее глазах нарабатывать.

Но я понял, что готов. Принял самое важное — она мне нужна. Не ради спектаклей перед родственниками. Не ради фарса. Но ради меня самого. С ней все снова заиграло красками, энергия била ключом. Всего день без нее провел — как будто полжизни в одиночку перелопатил.

— Прости меня. Хочешь, отыграйся? Я побуду твоей мишенью в тире? — предложил.

— Я не умею стрелять.

— А я тебя научу.

— Не люблю оружие.

— Тогда — подушка для битья.

— Об тебя кулаки сломать можно, железяка! — ткнула пальчиком в пресс.

— Определишься потом. Главное, сейчас позволь тебя забрать отсюда?

— Да. Заберешь меня? — спросила как-то устало, с всхлипом.

— Само собой. Я за тобой и приехал.

Вокруг стоял оглушительный свист! Подняв Арину с кресла, я решил, что нужно как-то красиво закончить экспромт и крутанул ее вокруг своей оси, прижал, снова поцеловал глубоко и жадно, чтобы всем ясно стало: эта женщина — моя! Свист и овации! Мой экспромт сорвал гвалт аплодисментов! Теперь осталось только протолкнуться к выходу! Удалось с трудом.

— Якуб! — покрутил головой. — Где-то здесь был мой друг…

— Наверное, ему не скучно… — предположила Арина и потребовала. — Застегни рубашку, немедленно!

— А что?

— Тебе на чай, кажется, перепало!

Арина, нахмурившись, выдернула из-за пояса моих джинсов тысячную купюру.

— И ширинку застегни! — добавила командным тоном. — Устроил день открытых дверей!

Сердито сверкнув глазами, Арина сама быстро привела мою одежду в порядок.

— Ревнуешь, что ли? — ухмыльнулся.

— А то как же… Ты же мой муж! — сощурила глаза.

— Пошли отсюда.

— Пошли… — согласилась.

На улице перестал лить дождь, но было прохладно и мокро, я набросил Арине на плечи свою куртку. Она поблагодарила меня кивком. Мы неторопливо прогулялись до парковки. В крови еще гуляли отголоски пережитого адреналина и возбуждение давало о себе знать. Но вместе с этим между мной и Ариной повисла какая-то неловкость и недосказанность. Раньше я такими пустяками не заморачивался, но сейчас ощущал ясно, что одним сексом тут дело не решить, и, что еще важнее, все успело зайти очень за рекордно короткие сроки!

Как такое возможно?! Что в ней особенного, проворчал про себя, посмотрев на Арину. И, посмотрев в ее сторону, внезапно понял, что она тоже смотрела на меня похожим взглядом.

— Набегалась, быстроногая моя? — привлек на грудь, обняв.

Она не стала сопротивляться и потерлась щекой.

— Устала. Давно я так день не проводила. Исключительно занимаясь собой, еще татуировка жжется, — пожаловалась.

— Дуреха. С чего ты вообще решила ее сделать?

— Не знаю. Просто вспомнила про Олеську и пошла в ее салон.