Удиви меня

 — Знаешь, если бы не сообщение от… парня, хотя, мне кажется, все же от мужчины, я бы и знать не знала, что ты не спишь в своей комнате. Мне на удивление стало спокойно после той переписки, хотя сама по себе дикость, что ты где-то и с кем-то перебрала с алкоголем. Сейчас же, смотря на тебя, я уже ничего не понимаю, — нервно поправляет свои волосы. — И да, я звонила Алисе — она знать про тебя ничего не знает. Где и с кем ты была, Полина?

Все, не знаю, что сказать. Еще недавно я хотела похвастаться перед мамой этой самой нормальностью, возможно, и тыкнуть, что я уже не девственница.

Поставить галочку, чтобы от меня все отстали и спокойно жить, чтобы и дальше никто не трогал. Сейчас же я даже не могу сказать, что мои губы — результат обычных поцелуев, а не каких-нибудь пьяных домогательств. Вообще ничего не могу сказать. Уж про то, что происходило помимо этих поцелуев и подавно.

— Ладно, больше не буду наступать на одни и те же грабли. И приставать к тебе тоже больше не буду. Каждый может напиться и совершать глупости. Ну а раз тебя никто не обижал, то все нормально. Это же главное. Твой папа не в курсе, где ты была, хотя и я не в курсе, — нервно усмехается.

 — Для него ты с раннего утра снова ездила на пляж с Алисой. И да, я сказала, что мы больше не в ссоре. И примерно с часа дня я его активно подпаиваю, специально позвала к нам Тихомировых. Они сейчас на заднем дворике едят уже вторую порцию шашлыка. Так что не бойся, папа твой ругать тебя не будет. Он сейчас безумно милый и добрый.

— Прости меня, — бросаю я и тут же жалею. Не так все должно было быть. Ведь сейчас даже непонятно за что я прошу прощения. — Я про вчерашнее, — после значительной паузы добавляю я.

 — На самом деле я так не думаю. Точнее, может и думаю, что ты бы могла достичь большего, но я не… да, получается не ценю того, что ты делаешь. По крайней мере, точно не ценю, как надо. Я с завтрашнего дня буду готовить ужин и убирать в доме, а не только вычищать то, что требуется мне. Вчера мне… мне хотелось тебя уколоть и сделать больно. Мне было неприятно слышать то, что я… услышала про Алису. Кому понравится слышать то, что вместо тебя хотят другую дочку?

— Я говорила это не тебе, Полина, это, во-первых. Во-вторых, не перевирай мои слова.

Там не было такого.

— О, уже вернулась, — перевожу взгляд на направляющегося к нам папу. — Голодная? Пойдемте есть, девочки, — усмехается папа, приобняв меня и маму за плечо. И вправду слишком добрый, вовремя кому-то давать выпить — целое искусство. — Там уже новая порция готова. А что с твоими губами? — в миг с непривычно веселого тона меняется на обычный, чуточку придирчивый.

— Наша дочь хреново играет в карты. Пора бы тебе ее научить. Она проиграла Алисе, причем не единожды.