Удиви меня

— Забыла, да? А сейчас где ты была?!

— За батоном ходила, — почти шепотом произношу я, протискиваясь к двери, и достаю ключи.

— За батоном?

— Ну почему-то у них это зовется чиабатой. Хотя чиабата по стандарту и вкусу совершенно другая, надо написать на их сайте о несоответствии. Но очень вкусно. И дешево, — открываю дверь, пропуская маму вперед.

— Я думала Дима преувеличивал, — стащив с меня очки, констатирует мама. — А ты… ты выглядишь так, как будто тебя пчелы покусали. Я не понимаю, просто не понимаю, почему если у тебя что-то случилось с Сережей, не прийти домой или хотя бы не позвонить и сказать пару слов? Или отправить долбаное сообщение? Это так сложно, Полина?! — со слезами на глазах произносит мама, усаживаясь на диван.

 — Почему я должна узнавать это от Димы и притворяться перед твоим папой, что все зашибись, и в девять утра иду искать не дочь, а всего лишь по магазинам?!

— Я думала ты обиделась.

— Господи, чего ж вы все такие придурки-то? — с грустной усмешкой произносит мама, прикладывая ладони к лицу.

— Почему все? — усаживаюсь рядом, убирая в сторону батон.

— Потому что. Что у тебя случилось, Поль?

— Чиабату батоновну будешь? — протягиваю маме, чуть улыбаясь, представляя, как это выглядит со стороны.

Опухшая морда подает батон. Мама в ответ, как ни странно, отщипывает мякоть.

— Попытка улизнуть от моего вопроса — не засчитывается. Что у вас случилось?

А что у нас случилось? Хороший вопрос. Неожиданно настала жопа. И так же неожиданно для самой себя, я рассказала все. Реально все. И даже то, что я прокусила руку Алмазова.

— Вот как-то так. Тебе папа когда-нибудь говорил «пошла вон»? Хотя нет, не так, дважды «пошла вон».

— Мы вчера с твоим папой друг друга ни один раз послали на всеми известный мат из трех букв, потом еще была куча других нецензурных слов, хлопанье дверьми и не только. Вечером мы уже лежали в обнимку на диване, обсуждая тупую, совершенно не смешную комедию. Все немного сложнее, чем кажется на первый взгляд. Знаешь, сколько раз в молодости мне хотелось побить Сережу или проткнуть ему ногу каблуком? Хотя, почему только в молодости, сейчас тоже. Но это же все эмоции. За некоторые слова и поступки мне и по сей день стыдно. Некоторые вещи вообще нельзя говорить мужчинам, я тогда это не понимала, но говорила, а мне и подсказать никто не мог.

И знаешь, если бы твой папа был истеричкой, как некоторые мужчины, то сейчас бы я тут не сидела, просто потому что и тебя бы не было. Он хоть и паскудный временами, и обиженка еще та, но мой. Я давно не представляю без него своей жизни, хоть и повторюсь, временами и убить хочется. И мне его, и ему меня. Но это все минутные порывы. И если бы каждый из нас хоть иногда не уступал друг другу, то всего бы этого тоже не было.