Удиви меня

Ты как, не против?

— Не против чего?

— Секса.

— Почему я должна быть против?

— Да кто ж тебя знает, — усмехаясь, произносит Алмазов и как только мы сворачиваем к корпусу, он поскальзывается на мокрой земле.

— Эбонит твою мать, поскользнулся!

Знаю, что смеяться, когда кто-то падает, тем более так открыто — дурной тон, но ничего не могу с собой поделать. Меня даже не смущает, что один мой пакет оказался в грязи. Вид Сергея Александровича, который приподнимается с земли, с грязной рукой и не менее грязной левой штаниной джинсов — вот оно самое интересное.

— Ну наконец-то. Я уж думал, что ты не умеешь улыбаться, не говоря уже о смехе.

— Простите, что смеюсь, это очень бестактно с моей стороны, но… ничего не могу с собой поделать.

— Прощаю. Мне так нравится больше. Пойдем, надо это дерьмо смыть с руки. Штанину мне простирнешь?

— Я вам не жена, чтобы что-то там стирать. Так что, конечно же, нет.

— А за двести рублей?

— Нет, — ускоряю шаг, в ответ на его «предложение».

— За триста?

— Нет, — тихо произношу я, еле сдерживая улыбку.

— Пятьсот, — совершенно серьезно произносит он, открывая дверь в корпус.

— Нет.

— Тысяча — мое последнее слово. Если нет — твоим трусам и тебе придется не сладко.

— Да хоть кисло.

— Ну смотри, Полина Сергеевна. Я добрый, но мстительный.

— Мстите.

— Мстю.

* * *Не знаю, как этому мужчине удается перевоплощаться в течение какого-то часа от полного «Серожи» до солидного Сергея Александровича. Но факт налицо — джинсы простирнул и нет, не надел мокрые, а переоделся в чистый и идеально отглаженный белый медицинский костюм. Никогда бы не поверила, что у него в наличии не один халат, а еще и костюм. И оба чистые и отглаженные. Мой «подарок» в виде кактуса, забирающего негативную энергию, который я сразу же поставила на рабочий стол, он не оценил. Вообще, после того, как мы вошли в ординаторскую его как будто подменили. Слишком серьезный. Полный диссонанс с тем, кого я встретила на улице. Но если быть объективной — так лучше. Он сразу же, не дожидаясь начала официального рабочего дня, загрузил меня работой. Неприятной. Можно сказать — муторной, а именно заполнение медицинских актов для военкомата. От руки… Не на компьютере, а от руки! Бред какой-то.

— Просто тупо переписываешь мою историю болезни. Жалобы. Анамнез. Данные объективного обследования — кратко. Не надо писать все подряд. Этого малолетнего гондураса с подозрением на какой диагноз к нам направили?

— Гипертоническая болезнь. Артериальная гипертензия.

— Ну так вот, везде пиши кратко, кроме сердечно-сосудистой системы. Данные лабораторных исследований — тоже кратко. Когда дойдешь до инструментальных исследований, пишешь — протокол суточного мониторирования артериального бла бла бла от такого-то числа прилагается.