Удиви меня

Ответ я не получу, да?

— Я не выпила ни глотка вина, с чего мне вам вообще что-либо говорить, — переводит на меня хмурый взгляд и достаточно резко и неожиданно берет свободной рукой бокал с вином. Глоток вина? Нет, не слышала. Залпом заливает в себя содержимое и ставит бокал на стол.

— Зато сейчас выпила.

— Сто восемьдесят грамм.

— Что?

— На упаковке со сливочным маслом написано — сто восемьдесят грамм. В озвученном вами рецепте — двести. Итого, нам не хватает двадцати грамм. Значит пропорции меняются. Всего надо меньше, но вы об этом не сказали.

Смотрю на нее и не понимаю, то ли картошкой в лоб зафигачить, чтобы мозги встали на место, то ли водой облить, то ли перекинуть через колено и отбить жопу.

Так хлестать, чтобы у самого горела ладонь и на бледной смачной заднице появились красные отметины. Нет, последнее делать точно не стоит. Напою. Причем сильно. Похер как это будет выглядеть. Напою, если надо до блевотины. Сам же и подлечу потом.

— Я помню ваше на глаз, но я не смогу отмерить сто восемьдесят грамм муки на глаз.

— Да сейчас будет просто в глаз. Тебе, Полина, в глаз. Вот этой самой картофелиной.

Выбирай в левый или правый?

— Вы знаете, что мой папа сделает с вами, если вы хоть как-нибудь меня травмируете?

— Вот в этом и загвоздка, Полина, тебя не били в детстве. А надо бы. Вот меня бывало била по заднице мама, и за ухо таскала, и в угол ставила, — медленно проговариваю я, подходя к Полине. — И вот, как видишь, вышел толк.

— На самом деле это заблуждение, все можно решить разговорами без применения физической силы.

— Закрой рот и три масло. Быстро. Дальше сыпь все компоненты на глаз. Считаю до двадцати.

Не сделаешь этого — я привяжу твои руки к изголовью кровати и трахну без справки и презерватива. И помечу всю. И не уриной, если ты не поняла. Потом трахну второй раз и третий, как только силушка богатырская вновь прибудет. И до утра ты будешь привязанная, чтобы все впиталось, и ванная с хлоргексидином тебя не спасет.

— Я часто читала, что мужчины любят таким образом метить женщину. Особенно на лицо. Вам тоже такое нравится? — быстро натерев на терку масло, с неподдельным любопытством интересуется Полина, чем, откровенно говоря, приводит меня в ступор.

— Узнаешь через несколько недель, — после секундной заминки выдаю я. — Хотя, скорее позже. Сей клинический случай требует тщательного медицинского обследования. Яйца.

— Яйца?

— Яйца. Думаю ты должна их вымыть. Точнее его, — Полина долго смотрит мне в глаза, а потом опускает голову вниз.

— Тьфу ты, вы о тесте что ли?

— А о чем еще?!

— Я думала вы про свои яйца. Вы их уж сами как-нибудь натирайте до блеска, а куриное яйцо я мыть не буду. Бессмысленно. Сальмонелла все равно уничтожится.