Попаданка для лорда

– От несправедливости знати?

– Простите, миледи. Словом, я молилась святой Эде, но… – Она всхлипнула.

Бет, пока рассказывала, успела меня раздеть, облачить в ночную рубашку и теперь достала гребень, намереваясь меня расчесать.

– Дай сюда расческу и иди отдохни.

В конце концов, расчесаться и заплести на ночь косу я в состоянии и сама.

– Но, миледи… – попыталась было протестовать Бет.

– Иди, – повторила я. – Уже поздно, а ты расстроена.

Она, присев в реверансе, вышла. Я начала не торопясь, по прядям прочесывать волосы, с ностальгией вспоминая пластиковые щетки, способные прочесать даже этакую копну. Но чего нет, того нет…

Я почти закончила, оставалась последняя прядь, когда в спальню без стука влетела Бет. Бледная, с вытаращенными глазами, она дышала так, точно бежала по лестнице от самого подвала.

– Миледи, – просипела она. – Горничная говорит, что дала Мальчику ту еду, что собрала у вас с пола!

Я медленно опустила расческу.

– Ерунда, – я сама не узнала своего голоса. – Совпадение. Наверняка на кухне травили крыс, и…

– Я… – Бет всхлипнула. – Я пошла и поговорила с поваром. Он сказал, что травил крыс неделю назад и убрал все приманки через два дня. И в те два дня Мальчика не пускали в кухню, чтобы тот случайно не сожрал яд. Повар тоже его любил…

Я молчала, в животе скручивался ледяной ком. Если Бет ничего не придумала – а судя по перепуганному лицу, она сама верила в то, что говорила – кто-то пытался меня отравить.

Но кто и зачем? Отец? Ему это не выгодно. Может, отрава предназначалась мужу, а кто-то из прислуги перепутал?

Или все же мне? Подстраховаться на случай, если иголка меня не добьет?

– Бет, а кто принес еду в мою комнату, нарушив приказ лорда?

– Я не знаю, миледи. – Она снова всхлипнула. – Я помнила, что лорд говорил, будто королевский лекарь велел вам поститься. И передала Эмме. Так что это не я…

Я молчала, не в состоянии выговорить ни слова. Мысли скакали и путались. Кто-то пытался меня отравить, и если бы муж не заставил меня выронить от неожиданности тарелку, я бы слопала отраву за милую душу. И сейчас Бет рыдала бы надо мной, а не над котиком.

Только мне было бы уже все равно.

– Миледи, а вдруг это вовсе не отрава? – прошептала она. – Может, это проклятие? – Девушка говорила так тихо, что я едва разбирала ее слова, – Может, кто-то проклял лорда Ривза, и теперь все его жены умирают? Леди Маргарет ведь тоже…

– Я же жива, – усмехнулась я, пожимая плечами.

Нельзя паниковать, нельзя! Оттого, что я начну биться в истерике, лучше не станет. Сейчас как никогда мне нужна твердая голова.

– Пока… – прошептала Бет.

Я швырнула в нее гребнем.

– Не дождетесь!

– Простите, миледи, – девушка рухнула на колени, губы ее дрожали.