Реликт (том 1)

Физики пока молчат, углубившись в поиск способов связи с Конструктором, а чистые философы предлагают оставить все, как есть.

— В принципе философы правы, — сказал Баренц. — Или, во всяком случае, более моральны, чем мы с вами.

— Ну, положим, это спорно, — поморщился Кий-Коронат. — Нравственность и мораль — это по сути формы кооперативного поведения людей, облегчающие им совместное существование, а что на деле предлагают философы? Загробный мир? Благодарю покорно! Компромиссов в этом вопросе быть не может. Да и как может быть безнравственным желание жить?

— А если все-таки эвакуация? — Рооб откинулся на сидение и совсем закрыл глаза. — Ингвар предложил ее в качестве последнего шанса.

Баренц покачал головой.

— Как вы будете отбирать кандидатуры? По какому принципу? Сколько всего мы услеем эвакуировать? И как объяснить остальным, почему они остаются? И еще учтите момент: как только мы дрогнем, начнем искать пути частичного решения проблемы, начнется паника! А чем она может закончиться, не вам рассказывать. Итак, я вас понял, джентльмены. Вся надежда на Т-конус и на светлые головы физиков, работающих днями и ночами. Если Т-конус почему-то не остановит БВ или не выбросит его за пределы Галактики или хотя бы за пределы Рукава, останется уповать только на них, на то, что за неделю до подхода БВ к Солнцу они придумают, как предупредить Конструктора, или уничтожить его ко всем чертям!

— Но у нас есть еще одна проблема — К-диверсанты!

— Не будьте наивными, К-диверсанты не представляют реальной силы, способной послужить препятствием человечеству, случай с Берестовым подтверждает это в полной мере: профессионалы безопасности, прошедшие спецподготовку высокого класса, способны бороться с ними на равных. Если уж один человек смог справиться с К-диверсантом, то с остальными безопасность как-нибудь справится, хотя, может быть, и не без потерь. Давайте решать глобальные проблемы, оставив остальные соответствующим исполнителям.

— И все же я не согласен, К-диверсанты могут многое натворить, дай им волю, — не сдавался Кий-Коронат. — То, что они сто с лишним лет не вмешивались в нашу жизнь, еще ни о чем не говорит. Просто они ждали своего часа… и дождались.

— А что вы подразумеваете под «не дать им волю»? — вежливо осведомился Максимов.

— Уничтожение, — сердито отрезал директор УАСС. — И вы прекрасно понимаете, что этим в конце концов и закончатся наши с ними контакты.

— Не уверен… — начал Хакан Рооб, очнувшись от монолога с самим собой, и в этот момент Баренц крикнул:

— Берегитесь!

Из всех пассажиров куттера он был единственным интрасенсок и чутье на опасность имел отменное.