Ретроград: Ретроград. Ретроград-2. Ретроград-3

Плюс местная мода! У нас девицы ботокс куда надо и не надо запихивают, обнажаются, еще не приступив к половому акту, а тут почти монашенки, одеяние скоромное, максимум открытости, наверное, летом, но я-то «прилетел» осенью. Вместо «стрингов» – теплые панталоны, декольте, наверное, только в театре показывают, а в жизни одеваются, как Надежда Крупская. Нет, они боевые и веселые, но не сексапильные. К этому еще привыкать и привыкать. Ну, нравилась мне Карина из охраны, но у нее муж и двое детей, тем более, что муж – мой же охранник. Устраивать адюльтер на работе – тоже не с руки.

Всю свою жизнь этого сторонюсь, ибо был «женатиком», с женой в отъезде. И если завести себе подружку на работе, то беды не миновать. «Монахом» я не был, имел подругу, которая от живого мужа-«бизнесмена» ко мне приезжала ненадолго на шикарном «Лексусе». Она со своим, а я со своей не ссорились. Доча, правда, возмущалась, и меня на дух не переносила из-за моего провинциального вида и происхождения. Типа: «Понаехали, панимаш, мы, мАсквички, таких вертели! Деньги гони!» Неприятная особа выросла, но мы виделись от силы пару раз в году. Что выросло – то выросло… Я ей сто раз объяснял принцип идеального приемника Котельникова, но все бестолку. Орала по телефону так, что стены не выдерживали. И потрясала меня беспринципностью, ленью и охренительной жадностью. Вполне современная «деушка». Не дай бог такую завести!

Плюс я знал, как обходились с женами тех, кто не смог угодить всем, в первую очередь, «ему». Маша Нестеренко еще стоит перед глазами. Ее расстреляли за то, что не донесла, и за то, что не верила в предательство мужа. Но как объяснить девочкам, летящим, как бабочки на огонь, на генеральское звание и оклад будущего мужа, что иметь дело со мной – занятие тухлое.

Если что пойдет не так у границы, никто глазом не моргнет: виновен! Хотя я отвечаю только за половину дела, техническую. Филин за вторую, тактическую, а ответственность остальных размазана между нами тонким слоем и не видна. А срок этого все ближе и ближе.

Двадцать пятого меня разбудили в пять тридцать. Приехал сам Власик выдергивать меня из койки. Сел со слипшимися глазами на кровати.

– В чем дело?

– Хозяин в Ленинград собрался, приказал тебя с собой взять.

– На хрена, пардон, что я там потерял?

– Климов доложил, что сделал двигатель и поставил его на стенд.

– Ну и что? Мощность он дал?

– Откуда я знаю? Давай, собирайся! Через час – поезд.

Я тяжело выдохнул, устал смертельно, а тут из-за какого-то козла куда-то ехать. Интересно, а где он рений нашел? Там все лопатки им анодированы!

– Николай Сидорович. Давай кофе попьем, а потом нагоним поезд. Быстрее его в Питере будем.

– Слушай, пошел ты! Давай собирайся или я тебя упакую и сам доставлю.

– Ты кофе будешь?

– Буду!

Попили кофе, с коньяком.