Ретроград: Ретроград. Ретроград-2. Ретроград-3

В Харбине три аэродрома противника, город иногда подвергается атакам авиации армий Мао Цзэдуна и Чан Кайши. Есть противовоздушная оборона со 127-мм орудиями. Так что операция будет выполняться ночью. Ну и, если по каким-либо причинам основное изделие не сработает, его испытания мы провести не успели, то придется применить по этой цели стандартный боеприпас, с высотой взрыва 100–200 метров, чтобы гарантированно уничтожить как завод со складами, так и само несработавшее изделие. В этом случае жертв будет больше, так как радиус действия больше и поражающих факторов тоже.

Но город Нанкин серьезно не пострадает, если не кинутся разбирать завалы. До центра города взрывная волна дойдет серьезно ослабленной. Юго-восточные кварталы могут сильно пострадать. Подчеркиваю, что это запасной вариант.

– А если высадить посадочный десант и вывезти невзорвавшуюся бомбу, она же на парашюте спускается? – спросил Сталин.

– В каком состоянии будет корпус бомбы после падения и подрыва, без инициации большого взрыва, мы не знаем. Обломки будут очень сильно фонить. Облучим кучу народа, и, скорее всего, довезти не сможем.

Нет, я категорически возражаю."

"Сталин развел руками, а Георг согласился, что любой благородный поступок таит в себе вероятность того, что придется поступать жестче, чтобы сохранить жизни своих солдат, а не солдат противника. Оба главнокомандующих подписали приказ об атаке Пинфана.

Но долететь до Уссурийска самолеты не смогли, туда пришел циклон, и садиться пришлось под Читой, в Домне.

Япония объявила сначала войну Англии, а с получасовым перерывом – нам. Впрочем, задержка у нас связана была с административными накладками в НКИДе, где Тотекаву заставили ждать, когда освободится нарком.

Когда тот грозно заявил, что прибыл с нотой об объявлении войны СССР, секретарь высказал сомнение, что он пришел по адресу:

– Вам не кажется, что вы пришли не туда, вам – в Кащенко, в Канатчикову дачу, по-моему. Не хотите ждать, я могу зарегистрировать вашу писульку и передать ее наркому, когда он освободится.

Это было вопиющим нарушением протокола, но секретарь не пострадал. Ему только погрозил пальчиком нарком, принявший Тотекаву сразу после Эттли, который готовился к отлету в Лондон и нанес Молотову визит вежливости.

В отличие от посла Японии, секретарь НКИДа знал точно, что правители Японии сошли с ума, объявив войну ядерной державе. Этим они полностью развязали нам руки. Но если наступление на юге японцы начали с рассветом, то есть вышли к месту высадки за шесть часов, то, по докладам наших пограничников, никакой активности самураев на всем протяжении советско-японской границы нет, только сняли пешие и конные патрули вдоль линии границы.