Раскрыть тайны

В груди сворачивался плотный комок, а разум отказывал… Нужны ли слова? Вряд ли. Этим поступком он реабилитировал себя за все восемнадцать лет. Да, я забуду не все. Да, я не стану его идеализировать. Но иногда поступки говорят о многом… Нет, не перекрывают, но говорят…

Змей осторожно присел рядом и обнял меня за плечи, а я уткнулась ему в грудь. Кажется, уже очень хочу оказаться где-нибудь в другом месте… В замке мужа, например…

То, что происходило дальше, помню смутно: все казалось сном, напоминавшим кошмар. Вокруг бегали представители Гильдии, профессор Адмир раздавал кому-то указания, Теллер переговаривался с немного ошарашенным, но удовлетворенным Главным Жрецом.

Алексана жалась к Ронану, обхватившему ее обеими руками. Питер втолковывал что-то появившемуся на площади Джарелу Олберту, и тот согласно кивал в ответ. Настоящий будущий король…

А я просто не могла сдержать слез и ни на миг не отпускала Змея, который крепко прижимал меня к себе и шептал что-то на ухо. Я не понимала ни слова, но знала, что только Даррена хочу видеть рядом. Всегда. В этот миг окончательно поняла, что ближе него у меня никого нет.

И не будет.

Через некоторое время, когда мы с сестрой немного пришли в себя, все представители нашей, как оказалось, многочисленной королевской семьи отправились в мой дом в столице. Расположились в библиотеке, благо места хватило всем. Тела Мартина и отца забрали, деканы нехотя отправились обратно в Академию. Теллер мазнул взглядом по Ронану, но ничего не сказал и ушел вслед за Адмиром. Я всхлипывала, повиснув на муже, а Алексана – на Ронане. Он косился на Даррена и Питера, но молчал. Бабуля была потрясена, но тоже не произнесла ни слова.

Зато мы с Саной наконец-то увидели маму. Она ничуть не изменилась за эти годы, как и любая наяна, зато осматривала и ощупывала своих дочерей, захлебываясь в рыданиях. Мы тоже не сдерживали эмоций, заливая слезами ее платье, гладя темную копну волос, не желая выпускать дорогого человека из объятий. Все-таки десять лет прошло! Мама, как же нам тебя не хватало…

Питер, Даррен и Ронан уединились в углу. Оно и понятно, им о многом придется поговорить. Какие чувства бушевали в душе моего мужа и Питера, даже представить страшно.

Если у нас с Саной горечь от потери отца перекрывала радость от встречи с мамой, то как себя чувствовали они, потеряв брата и сына… И, главное, разочаровавшись в нем. Иногда мы не замечаем в характере близких того, что насторожит любого другого. Я всегда с предубеждением относилась к Мартину, хотя дара предсказания у меня как не было, так и нет.

Змей все так же недовольно смотрел на Ронана, но, надеюсь, со временем он оттает. Приложу все усилия к их примирению, все-таки общаться им придется.