Шлейф сандала

- Я куплю вам эти масла. Сколько вы возьмете за свою работу?

От радости я чуть не подпрыгнула на сидении. Мой первый заказ!

- Нисколько. Но с условием, что вы оставите мне эфирные масла, - ответила я, приходя в восторг от того, что у меня могут появиться новые ингредиенты для моих экспериментов.

- Да ради Бога! Мне-то они зачем? – засмеялась Ксения. – У меня есть еще одно пожелание.

- Да, я слушаю вас.

- Если духи мне понравятся, назовите их моим именем, - девушка сложила руки в умоляющем жесте. – Прошу вас! Мне будет так приятно!

Что ж, прости меня Эрнест Бо*, но твои духи теперь будут называться «Ксения». Возможно, это было нечестно по отношению к знаменитому парфюмеру, но я быстро себя успокоила. Нет, я не украла его аромат, а дала ему возможность создать что-то новое! Мало ли… может, в будущем появится нечто куда более вкусное, чем Шанель №5. Да и вообще, вряд ли моя «Ксения» будет полностью идентична со знаменитыми духами. Эрнест Бо использовал альдегиды*, которые помогали добиться более выгодного тона, яркого и одновременно чистого.

- Я не против. Духи должны носить имя той, кому они изначально предназначались, - ответила я, вызвав у супруги судьи настоящий восторг. Она радовалась, как ребенок, получивший долгожданную игрушку.

Перед тем как мы с Прошкой покинули экипаж, Ксения сказала:

- Елена Федоровна, я пришлю к вам слугу. Передайте ему список с маслами.

- Хорошо, - ответила я, чувствуя к ней расположение. – До скорой встречи.

Уже на крыльце парикмахерской, я поняла, что внутри что-то происходит. Кто-то громко разговаривал, ему отвечал визгливый голос дядюшки, и у меня появилось подозрение, что нагрянули очередные неприятности. Таким тоном Тимофей Яковлевич изъяснялся, находясь во взволнованном состоянии.

- Ох, не нравится мне это… - прошептал Прошка. – Еленочка Федоровна и улица наша тесной стала… Вона карет сколько!"

"Витая в облаках я даже не заметила этого и, оглянувшись, убедилась, что Прохор прав. Четыре экипажа стояли по ту сторону улицы, загромождая проезд.

Приготовившись дать отпор всем, кто пришел со злом в мой дом, я почти ворвалась в зал. Прошка влетел следом и встал передо мной, будто это не ему недавно накрутили ухо. Но я ошиблась. В парикмахерской происходило совершенно другое! Это были клиенты! Они примчались сюда быстрее меня, и бедный Тимофей Яковлевич не знал, что со всем этим делать.

- А вот и она! – облегченно воскликнул дядюшка. – Елена Федоровна, господа хотят, чтобы ты их обслужила!

- Да? – я растерянно посмотрела на шестерых мужчин, толпившихся в небольшом зале. – Что ж… это хорошо…

Желающие парикмахерских услуг были людьми совершенно другого положения, чем обычные мои клиенты. Видимо, они пришли из салона Жюля после наших с ним соревнований.