Шлейф сандала

– Туз, за мной!

Он умчался, а я взволнованно посмотрела на калитку. Хоть бы самозванца не принесло! Нет, дать ему по щам я, конечно, могла. Или, как говаривал один мой знакомый каратист: «с вертухи щи помять», но тогда неизвестно, чем дальше дело закончится. Куда мы его денем? Все-таки лучше уйти незамеченными, чтобы посеять в противнике страх и сомнения. После чего применить умственные способности. Да и послушать Артемия для начала не мешало бы.Оставалось надеяться, что Жлобин будет долго угощать своего новоиспеченного зятя в лучшем ресторане города.

Тем временем Жариков снова застонал, и его глаза открылись. Минодора вскрикнула, а потом принялась неуклюже целовать, попадая то в щеки, то в глаза, то лоб.

- Юноша, мы знакомы? – слабо произнес Жариков, не в силах избежать яростного напора. – Не хочу вас обидеть, но такая радость выглядит немного странно… Особенно в свете того, что мы незнакомы… и вы… мужчина!

- Господи, Артемий, это я! Минодора! – всхлипнула девушка. – Мы вытащим тебя отсюда! Потерпи немного!

- Дорочка? – моментально возбудился сыщик, пристально разглядывая ее. – Это действительно вы… Моя валькирия…

Его руки сомкнулись на шее купеческой дочери, и он страстно поцеловал ее. Откуда и силы взялись.

Я отвернулась, чтобы не смущать молодых. Но на душе было радостно. Минодора заслуживала счастья. Но что теперь делать с самозванцем? Судя по тому, что сыщик назвал его Арсением, я могла предположить, что он являлся ему родственником. Близнецы? М-да… ситуация…"

"Вскоре Прошка привел Селивана и Никиту Мартыновича. Они прикатили с собой тачку, на которую и был возложен стонущий Артемий Жариков. Наша странная процессия, наконец, покинула неприятное место, являя собой незабываемую картину. Впереди Прошка с Тузом, за ним Селиван и Никита Мартынович, толкающие тачку с сыщиком, а рядом с тачкой семенила Минодора, с нежностью глядя на своего суженого. Ее усы повисли где-то в районе щеки, клочья «бороды» съехали в одну точку, но девушку это мало заботило. Все ее внимание занимал Артемий. Я же замыкала процессию, засунув руки в карманы. На душе было светло и спокойно.

* * *

- Василий Гаврилович! Да вы в своем уме?! – молодой человек испуганно оглядывался, стараясь не упустить из виду ни одного из окружающих его мужчин. – Вы что затеяли?!

- А ты как думаешь? – Василий Гаврилович насмешливо скривился. – Или думал, что я перед тобой на задних лапках прыгать стану? Угрожать он мне придумал… тварь… Не с тем связался, сопля…

- Я знаю о вас всё! – неуверенно и визгливо выкрикнул пленник купца. – О делишках ваших!

- И молодец. Вот и знай, - согласился Жлобин. – Только рассказать уже ничего не сможешь.

- Не смейте трогать меня! – закричал схваченный под белы рученьки мужчина.