Скрытые истины

Я отрываю глаза от сока, который выжимаю, и улыбаюсь, когда мой взгляд падает на нашего трехлетнего сына, крепко обвившего Мими за шею. С моими темными волосами и светлыми глазами Сергея он идеальное сочетание нас обоих.

– Что такое, Саша?

– Папа снова спит наяву, – говорит он.

Я оставляю апельсин на столе и пересекаю кухню, чтобы присесть перед сыном на корточки.

– Ты пробовал поцеловать его, чтобы разбудить?

– Нет.

– Тогда давай сделаем это вместе. Хорошо?

– Хорошо. – Он берет меня за руку и ведет в гостиную.

Сергей неподвижно стоит перед окном, уставившись на что-то снаружи. Я поднимаю нашего мальчика на руки и встаю перед мужем.

– Готов? – спрашиваю я, и Саша нетерпеливо кивает. – Хорошо, держись крепче на всякий случай.

Когда я наклоняю нашего сына к отцу, он обвивает своими маленькими ручками шею Сергея и целует его в щеку. Сергей мгновенно протягивает руки, обхватывает Сашу за талию и крепко прижимает его к своей груди.

– Прости. – Сергей наклоняется, чтобы поцеловать меня в губы. – Как долго?

– Не больше пяти минут, – шепчу я ему в губы. – Ты хорошо справляешься, малыш.

За последние пару лет приступы у Сергея значительно уменьшились. Этот был первым за последние три или четыре месяца. Они больше не длятся часами, и ему легче выбраться из них.

– Когда придут Альберт и Гваделупе?

– Почему ты продолжаешь называть его так? – смеюсь я. – Он не живет здесь уже три года.

Сергей ухмыляется.

– Потому что это его бесит. Старый сумасшедший зануда. Слышала, что он купил Гваделупе на их годовщину?

– Нет.

– Дробовик.

– Шикарно. Уверена, ей понравится. Когда они… – Мой взгляд падает на телевизор за спиной Сергея, по которому показывают последние новости. – Ого! Ты это видел?"

"Я беру пульт и увеличиваю громкость, глядя на видео, показывающее с высоты птичьего полета то, что выглядит как последствия разрушительного пожара. В бегущей строке внизу экрана говорится, что это происходит в Нью-Йорке. Невозможно сказать, каким было здание до пожара: сохранилась лишь общая его форма. Изображение меняется на фото мужчины и женщины, которые предположительно погибли при пожаре. На вид мужчине под сорок, красивый, в костюме. Он похож на бизнесмена. Я перевожу взгляд на другую фотографию. В тексте ниже говорится, что женщине двадцать три года, но из-за черного брючного костюма, отрешенного выражения лица и строгой прически она выглядит старше. Ведущая новостей продолжает говорить на фоне, но я не улавливаю, что она говорит, потому что Сергей рядом со мной разражается смехом.

– Я так и знал. – Он фыркает и качает головой. – Должно быть, кто-то сильно разозлил этого асоциального ублюдка.

Я в замешательстве смотрю на него.

– О чем ты говоришь?

– Об этом.