Союз-77. Книга 2. Мы одной крови

В чайник Люся бросила листья смородины, и её аромат показался мне невероятно приятным.

— Как хорошо я в гости попал, — улыбался я. — Ты ешь сама-то, не отлынивай! Извини, что нежданно-негаданно.

— Ничего. Попробуй помидор.

Красный, мясистый, политый тёмным, жёлто-зелёным маслом, пахнущим семечками, посыпанный солью и чёрным перцем…

— Да за такой помидор и жизнь отдать не жалко, — сказал я закрывая глаза. — Как же вкусно. Всю жизнь бы так ел…

— Эх, если бы я знала, что ты придёшь, я бы подготовилась, — немного виновато вздохнула Люся. — Типа, всё было очень вкусно, особенно консервы.

Мы засмеялись. И как-то все заботы и суета последних дней отошли на задний план, будто и не было никаких Сарматов, Гапонов, Сомовых и Грабовских. Будто, мы зашли после танцев, той самой, такой уже далёкой вечеринки в местном клубе и просто наслаждаемся вечером. Кайфуем. Честно говоря, было немного жаль, что это лишь иллюзия. Но иногда можно себе позволить побыть в вымышленном мире.

Чай с листьями смородины был просто чумовой и даже засохшие пряники шли на ура.

— Я вам все запасы подъел сегодня.

После чая мы перешли на диван.

"

"— Ну что, я пойду, а ты располагайся. Постарайся только часам к семи подняться. Народ начнёт приходить. Наши все рано появляются. Я тоже приду пораньше, чтоб чего не вышло.

— Я тебя провожу.

— Да зачем! Я тут с закрытыми глазами пройти могу.

— Никаких «да зачем», провожу и всё.

Только мне очень не хотелось, чтобы Люся уходила, и она сидела со мной на диване. Будто заколдованная. Мы несли какую-то чушь, смеялись, шутили. А потом вдруг мигнула лампочка под потолком. И через пару минут мигнула несколько раз подряд и вдруг погасла.

Стало темно. За окном не было ни звёзд, ни луны. Всё исчезло, окружив нас полной пустотой и темнотой…

— Ну всё, — весело вздохнула Люся. — Не успела от тебя смыться засветло. Сейчас погоди…

Он встала и пошла наощупь в сторону окна.

— Сейчас, ой!

Налетела на мою ногу и чуть не упала, но я успел её подхватить.

— Вроде не пили, — засмеялась она.

— Точно. Не пили. А я чувствую себя так, будто пьяный. Весело, легко и море по колено.

— Тебе всегда по колено, — хмыкнула она. — Ладно, я сейчас.

Чиркнула спичка и вспыхнул огонёк, на секунду выхватив из темноты её тонкую фигурку…

— Сейчас… сейчас…

Запахло керосином и лицо Люси осветил синий огонёк.

Она установила на лампу вытянутый стеклянный плафон, и он сразу наполнился огнём, ставшим вмиг ярким, оранжевым. Пламя керосинки сделало Люсю янтарной. Медовой. Светящейся будто бы изнутри.

— Так, — прошептала она. — Теперь главное снова не запнуться.

Она поставила лампу на стол и снова села на диван, оказавшись ближе ко мне. Я почувствовал её запах, и моего лица коснулись её волосы.