Спорим, тебе понравится? (СИ)

Мой лучший ученик, — растерянно потянула та, а потом повернулась к бабушке и пояснила, — это тот, про которого я сегодня тебе рассказывала, — и мать коротко описала случай, где лучший друг Басова прямо на перемене демонстрировал одноклассницам свои новые татуировки, полностью расстегнув рубашку, а мать поймала его с поличным на этом щекотливом представлении.

— А-а, это тот, который у себя на теле распятие Христа набил?

— Да. Умница мальчишка и такой глубоко верующий оказался. Но лучше бы крест на шее носил, чем на тело пачкал. Спаси и сохрани его Господь.

Я чуть не свалилась в обморок от болевого шока, так пришлось насиловать свои глаза, чтобы не закатить их при этом хвалебном отзыве в сторону обычного с виду парня. Но маме было виднее и то мне шло только на руку, если не сказать больше.

И я продолжала бессовестно вливать тонны удобоваримого вранья в уши своих родственниц, поражаясь тому, как ладно у меня всё это выходит. И не капельки не стеснялась.

А что? Либо так, либо портупея.

— Рафаэль сказал, что в библиотеку торопился очень. А тут я. И лужа, по которой он пронёсся на полной скорости.

Раз — и меня окатило с головы до ног. Пришлось срочно переодеваться, а иначе бы и я заболела, и Аммо не успел бы за своей книгой.

— Что-то ты темнишь, дочь моя, — прищурилась мать, но я тут же вытянулась, словно оловянный солдатик и отрапортовала.

— Позвони ему, и он каждое моё слово подтвердит. Я не лгунья!

А про себя лишь добавила: «я только учусь».

— Хорошо, — скривилась мать, — но сними скорей уже эти позорные штаны и надень юбку. И вообще, костюм придётся сдать в магазин и обувь тоже, а деньги вернуть Рафаэлю.

Неважно, насколько Аммо положительный персонаж — я не позволю тебе принимать подарки от парней. Это, как минимум, неприлично. Как максимум — просто недопустимо.

Эх, мама, все красные линии я давно уже прошла. Поздно пить «Боржоми» ...

— Придёт время, и я выберу тебе пару сама — обязательно богобоязненного прихожанина, послушного и смирённого. Может быть, даже старшего сына нашей старосты прихода. Семён, во всех смыслах, подходящий для тебя жениха, Вера.

«Лучше застрелиться», — подумала я, вспоминая сутулый облик вышеупомянутого «кандидата», и содрогнулась, но по инерции всё-таки кивнула матери и заученно пропела:

— Да, мама.

"

"— И чтобы подтянула мне химию! Краснею тут из-за тебя, балбесины! — неожиданно заорала она так, что у меня чуть уши в трубочку не свернулись. И даже бабушка шарахнулась от такого ультразвука, в который раз одной рукой схватившись за сердце, а другой перекрестившись.

— Подтяну. Прости.

— Бог простит. Всё, изыди, — и указала мне на дверь моей комнаты, за которой я и скрылась поспешно.