Способность любить

Так и быть. Довезу вас до материка.

Луис собирается спорить. Это заметно по гневному взгляду, которым он награждает Хосе.

– Ты обещал, – напоминаю ему, что он сам предложил такие условия. Мужчина начинает пыхтеть, тихо ругаясь себе под нос."

"Мы с Хосе сразу же одеваем спасательные жилеты и под порывами ветра добираемся до вертолета. Оглядев творящееся вокруг безумие, мне почти не верится, что Хосе сможет поднять вертолет в воздух. Однако, это ему удается. Но это оказывается не самым сложным. В воздухе машину швыряет из стороны в сторону, на середине пути отказывают навигационные приборы, вертолет то летит ровно, то проваливается в какие– то ямы. Но с каждой минутой во мне крепнет уверенность, что я попаду домой. Я все же рискую и спрашиваю у Хосе, уверен ли он, куда мы летим, потому что если он перепутает направление... Он заверяет меня, что абсолютно уверен.

К своему стыду, я убеждаюсь в его правоте, когда вертолет выходит из зоны шторма. И я вижу впереди золотистый пляж. Выбрались.

Моя радость оказывается преждевременной. У вертолета отказывает винт.

– Синьор! – придется прыгать, – До берега недалеко. Мы доберемся вплавь.

Медлить нельзя, и вот уже океанская вода встречает нас внизу. Прыжки мы совершаем удачно.

Олеся

Артем привез кое– какие вещи, которые я просила.

На вопрос о Матвее отвел глаза и ответил, что пока новостей нет.

На вопрос о Полине поджал губы и отвернулся.

– Что совсем все плохо? – поняла я.

– Да, – ответ дался ему тяжело, – Она сначала хотела домой к себе поехать, но куда она к бабушке в таком виде? Сестра приехала, от нее не отходит.

Я и не сомневалась, что Полине все это дастся очень непросто. Они с Матвеем словно созданы друг для друга. Не зря он ей портфели восемь лет носил. Я и сама не знаю, как держусь. Только непоколебимая уверенность, что мой сын жив и вернется ко мне, не позволяет мне сломаться. И я не знаю, откуда она – эта уверенность. Но она дает мне сил надеяться.

У Артема звонит телефон. И он вопреки обыкновению не сбрасывает, а отвечает. По испанский.

– Синьор Перес, – дальше идет, как я понимаю, приветствие, а потом Артем переходит на русский, – Как вылетел? На чем? Он же мне обещал!

И только выпалив все это, переводит взгляд на меня.

– Это Влад? – задаю вопрос, который можно и не задавать.

Конечно же, это он! Опять поступил по– своему! Только бы все обошлось!

– Где он? – хорошо, что не здесь.

Убила бы!

Артем продолжает разговор по– испанский еще несколько минут.

Смотрит на меня. Я смотрю на него.

Артем! – мой голос звучит в меру требовательно, без истерии.

– С вертолетом нет связи, – глухо произносит парень.

Не успеваю ничего почувствовать. По моим ногам бежит теплая жидкость.

Началось!

Холодов– младший непонимающе смотрит на увеличивающуюся лужу у моих ног.