Стереть из памяти

Он расширяет свой офис, и ему требуются финансисты с опытом.

– От Таланова? – услышав фамилию человека, бизнесу которого он завидовал, Викентий побагровел, потом побледнел, глаза его налились бешенством. Лика видела, что он еле сдерживается. – Так, может, ты и в койку к нему успела залезть, а? Иначе с чего такие преференции?

Она не успела ответить.

– Я вам сейчас в морду дам, – тихо и очень вежливо сказал Антон. – И не посмотрю, что вы в какой-то степени пострадавший. Илья Таланов – мой отец. А Луша – моя будущая жена. И оскорблять их обоих безнаказанно у вас, дражайший, не получится.

И у Викентия, и у Татьяны, и у Лики отвисли челюсти. Будущая жена? Это еще что за новости?

– Ты до тридцати шести лет никому не понадобилась, чтобы взять тебя в жены, так теперь решила опуститься на уровень детского сада? – спросил Викентий язвительно.

Теперь Лике захотелось самой дать ему в морду. То есть в самодовольное, лоснящееся, немного осунувшееся за последние экстремальные сутки, но все еще довольно упитанное лицо.

– Пойдем. – Антон потянул ее за руку, не дав реализовать внезапно возникшее желание, и они покинули больничную палату, чувствуя два горящих взгляда себе в спины.

– Куда теперь? – спросила Лика, не глядя на Антона, когда они очутились на улице.

Отчего-то ей было очень неловко, поэтому она и нацепила на себя крайне независимый вид."

"Что она будет делать, если он прямо сейчас снова заговорит о женитьбе? Вот встанет на одно колено прямо посредине больничного двора, и надо что-то отвечать. Ответа на столь важный вопрос у Лики не было. Антон Таланов ей нравился. С ним удивительно хорошо заниматься любовью, спокойно спать, вкусно есть, интересно вести расследование, здорово разговаривать и комфортно молчать и просто находиться рядом.

У него прекрасный просторный, хотя и простой дом в Сестрорецке, городе ее детства, а его отец предложил ей работу, взамен той, которую она только что потеряла, причем по доброй воле. Антон Таланов был талантливым программистом, твердо стоящим на ногах и полностью управляющим своей жизнью. Антон Таланов был мальчишкой, на восемь лет младше ее самой, и она видела его на горшке в зимнем пальто и меховой шапке в разгар тридцатиградусной жары, сдающим анализ пота. Сможет она выйти за него замуж или нет? Правильно это или неправильно?

– Давай доедем до «Зеландии», припаркуем там машину и пройдем пешком по Пляжной улице, – предложил он, ворвавшись в девичьи грезы и вовсе не собираясь вставать на колено и делать ей предложение. Размечталась!

– Зачем? – не поняла Лика.

– Раз надежды на камеры не оправдались, должно быть что-то еще, что может нам помочь вычислить преступника. Я не знаю, что это, но Влад Панфилов прав. Выход должен быть.