Сын мэра

Со стороны она кажется лишь бледной тенью своей матери. Увидишь и в следующий раз уже не вспомнишь.

Если не знать, какая она на вкус и ощупь.

Бл@ть!"

"От одного только воспоминания в штанах становится тесно. Ведьма! Своими пюрешкой с котлетами меня приворожила, что ли?

Стоит вся такая скромная, улыбается робко, но я-то вижу, что она кожей мой взгляд чувствует. Знает, что я на нее смотрю, вижу по порозовевшим щекам. Знает, но делает вид, что меня здесь нет.

Буравлю ее взглядом, жду ответного, но, сука, именно в этот момент меня замечает ее мамаша.

- Сашенька! Боже мой! Как повзрослел, как возмужал! – расталкивая гостей, идет ко мне с распростертыми объятиями.

Твою мать! Неужели по моей морде не видно, как мне противно? Но, поймав настороженный взгляд матери, все-таки позволяю себя обнять.

- Здрасти.

- Такой красавец вырос! Рая, у меня в голове не укладывается, еще вчера наши детки вместе в песочнице играли, а сейчас – только посмотри – жених и невеста!

На Дашке лица нет. Глядя куда угодно, только не на меня, она судорожно оглядывается по сторонам.

- А где Кирилл?

- Я его позову, - говорит мама.

- Я сама, - останавливает ее Даша и, не оборачиваясь, уходит к дому.

- Как дела с учебой? – продолжает наседать Полина.

- Нормально.

- А у Даши?

- Так спросите у нее.

- Саша, - она берет меня под локоть и тянет в сторону.

Никуда идти я с ней не собираюсь, поэтому стою на месте, как вкопанный. Ее это не смущает, глядя на меня с неправдоподобной теплотой, продолжает.

- Саша, я хотела попросить тебя лично.

- О чем?

- Присмотри, пожалуйста, за Дашей. Она у меня девочка скромная, неиспорченная, я очень боюсь, что ее кто-нибудь может обидеть.

Тут в памяти всплывает момент, когда Алинка в слезах и соплях кричала мне в трубку, что Стрельцова ее избила.

Вырывается невольный смешок, который я своевременно маскирую приступом кашля.

- Она так хотела учиться с тобой в одном вузе, - доверительно шепчет на ухо, - ты для нее с детства образец для подражания.

Ну, пи@дец! Стошнит сейчас!

- Я присмотрю, - избавляюсь от захвата на локте и возвращаюсь к мангалу.

Сука, не успела явиться, а у меня уже желание бежать из дома, сверкая пятками.

Глядя в спину удаляющейся Полине, не могу отделаться от ощущения зловонной липкости.

Стол накрывают на улице под большими белыми зонтами, и место мне отводится, ой, как неожиданно, рядом с Дашкой. Я проглатываю только потому, что сам этого хочу.

Расставив ноги, касаюсь под столом ее бедра. Не убирает. Сидит, словно шпагу проглотила, короткими ногтями скатерть царапает, но ногу не отодвигает.

Я наполняю тарелку себе и Маришке, что сидит слева от меня. Она, стоя коленками на стуле, показывает пальцем, что ей положить, пробегается по столу глазами и требует мясной рулетик.