Сын мэра
Он - сын маминой подруги. Идеальный золотой мальчик, сын мэра и всеобщий любимчик. Я же типичная посредственность и неудачница, но, к сожалению, единственный шанс моей мамы породниться с семьей Греховцевых.- Значит, хочешь познакомиться с моими друзьями?Маша – Даша, наконец, отвлекается от своего смартфона и, слегка задрав брови, с недоумением на меня смотрит.Ой, блин, первый раз слышит, ага…- Я?!- Ну, ты дурочку-то не включай, - почти по-доброму усмехаюсь я, - я тебя, конечно, могу познакомить, только будь готова, что ты им не понравишься.Вижу, как глаза за стеклами очков мгновенно вспыхивают. На шее расцветают алые пятна.Задело ее.- Это почему же?Опа! Амеба-то разговаривать умеет. Значит, мне тогда ночью не послышалось.- Не по формату.
Написать просто «спасибо» и все? Что еще? Вежливо и нейтрально.
«Спасибо, Саша. С таким набором рассчитываю поправиться уже завтра)))»
Нажимаю на ОТПРАВИТЬ и трусливо пихаю телефон под подушку. Пока едим со Светой по половинке апельсина, приходит сообщение. Я внутренне вся сжимаюсь, жую тщательно и медленно, но вкуса не чувствую.
Наконец доедаю и, набравшись смелости, вынимаю телефон.
«Мама попросила. Выздоравливай, иначе сессию не сдашь»
Врет! Врет же, говнюк!
Смешно и обидно одновременно. И немного приятно… Обо мне даже мама так никогда не заботилась.
Настроение заметно повышается, просыпается аппетит.
Глава 37.
К понедельнику я совсем поправляюсь. Во многом, благодаря лекарствам, что купил Саша. Все воскресенье у меня уходит на то, чтобы восстановить пропущенные лекции, а на следующее утро я уже иду на занятия.
"Первую пару отсиживаю как положено, а на физкультуру, что по расписанию следующая – идти пока не решаюсь. При быстрой ходьбе еще беспокоит кашель. Вместо этого покупаю себе какао и пончик и коротаю время в студенческой столовой.
- Даша? Привет! – окликает меня голос Тины, - выздоровела уже?
- Привет, да…
Она оказалась самой приятной из всей Сашиной компании. Иногда списываемся с ней в мессенджере, реже – созваниваемся. На мгновение мелькает мысль, что это она рассказала Греховцеву о моей болезни, но потом я вспоминаю, что сама написала ей только на следующий день после того, как он скупил для меня всю аптеку.
Остается только Леня. Уж слишком подозрительно его поведение.
- Я присяду? – спрашивает Тина, выдвигая для себя стул.
- Да, конечно!
Выглядит она потрясно. В неформатном, но очень ей подходящем, стиле.
Черные узкие джинсы, массивные кожаные ботинки, белая майка оверсайз и тяжелый серебряный браслет на запястье. Образ брюнетки завершает стильно – небрежная прическа и макияж с акцентом на глаза.
- Как дела?
- Отлично, - указываю на раскрытый конспект, - настраиваюсь на сессию.
- Путем все, - запускает пальцы с черным перстнем в волосы, привычным жестом ерошит прическу.
Я немного робею. Мы ведь не близкие подруги, особо тем для разговоров нет. До этого общались только на тему учебы, несколько раз она спрашивала, как дела у родителей Саши. Я так понимаю, она знакома с ними лично и интересуется только из вежливости.
Я не очень коммуникабельный человек, она, по все видимости – тоже. Зачем решила составить мне компанию, не понятно.

















