Трёхлунная ночь

 – Хорошо, – кивнула она, когда Солнышко совсем выдохлась, – я остановлю бой… но потом освобожу Пурпур, и даже не пытайся мне помешать.

– Но…

– Только так, – упрямо прищурилась Беда. – Одну мать я уже потеряла, и кроме Пурпур у меня никого не осталось.

Солнышко нервно обвилась хвостом. Чем всё закончится, трудно даже представить. С другой стороны, а что тут скажешь? «Лучше никакой матери, чем такая, как Пурпур?» Откуда ей вообще знать, что лучше, а что хуже?

– Спасибо, – ответила она, – я верю тебе, – хотя сама не знала, правду ли говорит. – Знаю, что сможешь остановить и никого не поранить.

– Э-э… – промямлил Верблюд со стены. – Кажется, тут я должен вмешаться.

– Бесполезно, – покачала головой Солнышко, глядя, как Беда взмывает в небо. – И потом, твоё задание – сторожить меня, так велел Искр. Я никуда не бегу, видишь? Ну, разве что слетаем опять наверх, посмотрим… – Она поднялась в воздух, следя за блеском медной чешуи, исчезающим за стенами крепости.

На песке под дерущимися лежали ещё два трупа, однако, к великому своему облегчению, Солнышко не узнала в них ни Тёрн, ни Шестипалого. Она подняла взгляд и вскоре различила в гуще схватки мать, раздающую удары когтей направо и налево бок о бок с Вихрем.

Белая чешуя с чёрными ромбами тоже мелькала неподалёку. Песчаный принц выкрикивал что-то, направляя и подбадривая своих солдат. Он первым заметил приближение Беды и замер, повернув голову. Бойцы оборачивались один за другим, переставая сражаться. Трое из них с криками устремились в пустыню и скоро исчезли среди дюн в направлении Гнезда скорпионов. Наверное, бывали в Небесном дворце и видели своими глазами, на что способна меднокрылая.

Солнышко самой видеть не пришлось, она весь плен просидела в клетке красивой золотой игрушкой, в то время как других драконят заставили сражаться на арене. Уже потом Глин рассказал ей о расплавленной чешуе, раскалённых когтях, выжигающих плоть, и запахе горелого мяса, но так было даже ещё страшнее. Только бы не пришлось наблюдать такое сегодня!

Вольные когти тоже прекратили бой и отступили. Драконы зависли в воздухе широким кругом, в центре которого парила Беда. Она что-то говорила, но Солнышко, как ни прислушивалась, могла различить лишь отдельные слова – что-то про сдачу крепости и переговоры. Искр дёрнулся вперёд, как будто заспорил.

О нет, только не это! Хоть и тюремщик, а приятный дракон, как ни странно. Он совсем не заслужил быть изжаренным живьём.

К счастью, солдаты успели оттащить своего командира назад, наперебой что-то объясняя и показывая на дымящиеся медные крылья.

Тёрн сказала что-то, и Беда кивнула на крепость. Отвесив благодарный поклон, предводительница Вольных когтей двинулась туда в сопровождении своих соратников.