Истинная поневоле, или Сирота в Академии Драконов

Кажется, я только убеждала себя в безразличии. В том, что я не желаю знать, кто оставил меня в приюте, и кто та женщина, что выносила меня и родила. Я хотела бы понять, почему она отказалась от своего ребёнка. Почему была так жестока, что лишила меня тепла семьи. Но, наверное, не судьба. Украшение, с которым я связывала самые невероятные предположения, оказалось чьей-то украденной или потерянной вещью.

Дрожь прошила тело, когда большой палец Рейнарда скользнул по моей щеке, стирая влажную каплю.

— Не плачь. Я не умею справляться с женскими слезами, — проворчал он, вновь проводя пальцем по моей щеке.

Прикосновение вспыхнуло жаром, а по телу вновь пробежалась дрожь.

— Всё в порядке, — заверила его, быстро растерев веки. — Вы заберёте медальон?

— Нет, так уточню, — после пары секунд раздумий выдохнул он, сделав ещё шаг ко мне. — У тебя целая коллекция украшений.

Поддев манжету куртки, он потянул её наверх, присматриваясь к подаренному браслету. Кончик его пальца прошёлся по металлическому краю украшения и поднялся выше, пробежавшись по вмиг покрывшейся мурашками коже. Прямо по метке. Но Рейнард ничего не сказал.

И я уверилась в том, что метка невидима. А почувствовать её невозможно. Узоры никак не проявляются ни единой выпуклостью, будто этот рисунок вписан в кожу.

— Медальон со мной всю жизнь. Наверное, оттого и слабость к украшениям, — нервно усмехнулась я, делая шаг назад от Рейнарда.

— Ты должна понимать, что с ним может быть связана неприятная история. Я его возвращаю, но не под честное слово, — вдруг совершенно другим тоном заявил алмазный, протягивая мне артефакт."

"— Что значит не под честное слово?

Потянувшись к медальону, я тут же отдёрнула ладонь, ожидая ответа.

— Я должен быть уверен, что ты не сбежишь, — спокойно пояснил алмазный, будто это само собой разумеющийся факт.

— Зачем мне сбегать? — рассерженно нахмурилась я.

— Мы незнакомы, Малика. Я не склонен к слепому доверию, — серые глаза посмотрели в мои пронзительно.

Готовые были сорваться с языка слова протеста рассеялись. Конечно, мы едва знаем друг друга. Я теряюсь в догадках о его дальнейших действиях, а он не доверяет мне. Уж не считает ли Диамант меня причастной к краже этого медальона? Вот только я могу быть невиновна, но совершенно ничего не знаю о деяниях покровителя, которые могут лечь на меня тенью.

— Что вы хотите сделать, господин Диамант? Снова навесите маяк?

— Нет, один ты уже сняла. Это ненадёжно, — невесело усмехнулся он, даже не став отрицать.

— Один? Райдер снял два, нет, даже три маяка.

— Три? — прищурился он. — Мной был создан только один маяк, в день нашей первой встречи. Джереми признался, что и он набросил на тебя один.

Я растерянно замолчала, с недоверием присматриваясь к суровому лицу мужчины.