Трое

Тебя это тоже, кстати, касается, Цезарито… Еще раз тебя возле нашей девочки пронаблюдаю, то, че мы с этим говнюком сделали, покажется легкой разминкой тебе…

Мартинез , осторожно и опасливо покосившись на все так же стоявшую поодаль Мишонн, недовольно пробормотал, скривив губы:

- Это все уже давно в прошлом, чего вспоминать… Да и не было ничего…

- Нихера себе, давно, да месяц прошел только с тех пор, как ты к конфетке яйца подкатывал, - громко возмутился Мерл, но потом, перехватив тревожный взгляд Мартинеза, озадаченно замолчал.

Задумался.

Сопоставил факты.

И выдал.

- Так вон ты чего за нами увязался -то? К шоколадке в теплую постельку метишь? Это ты молодец, - продолжил он громко разглагольствовать, с удовольствием делая вид, что не замечает страшных глаз Мартинеза, - Мишонн - девка смачная, одна жопа чего стоит. Только, Марти, слышь? Она ведь так просто не даст. Не боишься, что отрежет тебе все к херам своим ножиком?

Мартинез только открывал рот, как рыба, страшно смутившись  изучающего взгляда все прекрасно слышавшей Мишонн. Он проклинал про себя гадского Диксона, так не вовремя раскрывшего свой рот, и свою, внезапно непонятно откуда взявшуюся робость.

"

"Он всегда гордился тем, что с женщинами умеет обращаться виртуозно. Ни одна не устояла. И ни одна потом не пожаловалась. А тут как отморозило все. Он едва мог говорить в присутствии такой шикарной женщины. И никак не решался перейти к следующей фазе ухаживаний, предполагающей какой-никакой, а все же физический контакт. Справедливо опасался быстроты реакции женщины и остроты ее катаны. И заводился тут же от этой опасности неимоверно. Уложить эту кошку в постель стало практически навязчивой идеей.

Жаль только, что Мишонн вообще никак не реагировала на него. Скорее всего, была даже не в курсе его намерений. Ну вот, теперь благодаря неимоверно длинному и грязному языку придурка-Диксона, узнала. Не так он хотел ей признаться, не так…

Во всей этой ситуации обрадовало только то, что Мишонн, с как всегда, невозмутимым видом, сделала вид, что ничего не услышала, продолжая смотреть на последствия их пребывания в Вудберри. Да уж, тут он прав, где Диксоны - там разруха, ужас и боль.

Дерил с усмешкой наблюдал за перепалкой брата и Марти, потом с удовольствием за вытянувшимся лицом латиноса.

Так и надо придурку. Увязался за ними, надо же. Не его это война, нехер было лезть. Пусть обтекает теперь. Хотя, надо сказать, он помог.

Когда они , наконец, добрались до этой твари, что было, кстати, на удивление просто, ведь тайный ход, разведанный Мишонн, эти идиоты так и не нашли, Мерл собирался залить весь дом кровью. Дерил и сам с трудом сдержался, когда говнюк сначала проявил гонор, предлагая работу даже. Вот кретин.