Училка моего сына (СИ)
— Это ты во всем виноват! — крик Лии разносится по помещению.И я без понятия, что с этим делать. Не с тем, что она кричит — я знаю причину, у меня есть способы разрулить ситуацию.С тем, почему она кричит на меня. С её отношением ко мне. Вот тут, как разрулить — я без понятия.— Я сделаю несколько звонков. К вечеру мальчишку привезут обратно. А видео...Глаза у неё красивые — хоть и режет сейчас меня ими без ножа.— Удалят из сети, — продолжаю я говорить, — И скоро о нём забудут...Мотает головой, улыбается цинично.— Ты хоть представляешь, насколько это унизительно?— Так-то — я тоже там есть. И мне по барабану, — отвечаю правду.Но не всю. Например, ту, что она останется здесь сегодня, не озвучиваю.Лия Морозова — учительница моего сына. Молодая, красивая. И гордая. А я — я просто привык получать всё, что хочу...
Не знаю, из-за чего молчит. В то, что струсил, не верю.
— Ладно... - тянет Степан Егорович Арефьев, мой отчим, — Будь ты моей дочерью, Май, разговор бы пошёл иначе. Но отношения с твоей матерью я портить не хочу, поэтому, думаю, решение всех вопросов, отложим до того момента, как вы с ней поговорите.
— Замечательно! — вздёргиваю подбородок.
Пусть не старается загнать меня в ловушку. У него не выйдет... Я уже в ней. И как выбираться — без малейшего понятия.
Ложь словно болото. С каждым словом засасывает всё глубже. И глубже... И глубже...
Степан кивает Захару Матвеевичу. Тот отвечает таким же кивком.
— Идём, Майя. Пора ехать домой, — обращается ко мне Степан.
— Погоди... Носки принесу... - это берёт слово Кирилл, останавливая нас.
Смотрю на свои ноги — я действительно до сих пор босиком. Не до этого было.
— Подождите... - это он уже Степану.
Степан и Кирилл схлёстываются взглядами. Меня поражает то, что Кирилл не пасует, не отступает, выдерживает взгляд Арефьева. Как будто даёт тому понять, что ему не стоит к нам лезть, что мы сами разберемся.
— Я принесу... - это Кирилл.
— Неси... - это Степан.
Оба на выдохе. И с заметной агрессией.
Захар Матвеевич наблюдает за всем происходящим с уже заметной растерянностью.
Кирилл выходит из гостиной.
— Пока главный герой последних суток вышел... Всё-таки скажу... - отрывисто кидается словами отчим, — Если он Майку изнасиловал, то меньшее, на что может рассчитывать, это на то, что его кастрируют.
— Да бля... - взрывается внезапно Кабирин-старший.
В несколько шагов оказывается возле меня.
— Он тебя тронул или нет? Честно?
Становится стыдно... Взрослые посторонние мужчины думают, как я занималась сексом. Возможно, не добровольно.
Сжимаюсь. Отступаю. Почему-то именно сейчас на глазах наворачиваются слёзы."
"— Чего привязались? Насели... Как... — Кирилл возвращается с моими носками и аккуратно сложенным и зажатым в его руке моим лифчиком. Его я узнаю по свисающей из руки парня бретельке, — Не насиловал я её. Она правду сказала.
— Тогда тебе повезло, — бурчит Степан.
Кирилл отдаёт мне и носки, и нижнее белье, которое я поспешно засовываю в карман, чувствуя. как вспыхивают жаром щёки, шея и уши. Сажусь куда-то, торопливо натягиваю носки и поднимаюсь, шагая в сторону Степана.
Дальше я одеваюсь, и мы покидаем дом, куда меня привёз Кирилл.
Он хочет что-то мне сказать, когда я перешагиваю порог дома, но под взглядом своего отца осекается.
Захар
В окно наблюдаю за тем, как Арефьев с сопровождающими отъезжает от дома, в котором остались я, Кирилл, мои люди.
Смотрю и гадаю, чего теперь ждать. Вряд ли чего-то хорошего. Я вот девчонке тоже не особо поверил. А о том, чтобы верить Кириллу — и речи быть не может.
— Ты охренел? — ору, когда понимаю, что можно.
Тормоза как-то срывает. Сразу.
Похожие книги
Мысленным взором
Везучая Натали
Удобная жена
Чувства по контракту
В плену Гора
