Училка моего сына (СИ)

— А тебе есть до меня дело? — если я подуспокоился, то сынок мой завелся еще сильнее, похоже.

— Кир... Если я не прибил тебя за собственную голую жопу, слитую тобой в интернет, то, наверное, есть...

— Или за то, как ты училку...?

Вот это он зря. Лийку нельзя обижать.

— Не смей! — цежу тихо.

— Да нужна она мне была! Сами разберетесь! Просто... Вот то, что тебе на неё не всё равно — это видно. А я... Наверное, лучше бы, если бы меня и не было...

Застываю — это какая обида живет в нем, если он так на самом деле думает?

— Кирилл... Ты сейчас сильно не прав. И говоришь полную чушь. Я — не слишком эмоциональный человек и, наверное, не особо показывал тебе, что ты... Что я люблю тебя...

— Боже! Папа! Вот не надо! Тебе даже выговорить это трудно. Да и зачем? Ты сказал, что я взрослый. Ок! Я — взрослый. И делаю то, что считаю нужным.

Смотрю на вещи, которые он упаковал. И... С одной стороны, ему не надо мешать — пусть попробует, что значит эта самая самостоятельная жизнь. С другой — внутри шевелится такая тревога... Словно отпущу его — и случится беда.

— Кирилл, нужно аннулировать контракт, — говорю то, что сейчас на сердце.

— Херушки! — грубо отзывается он, — Иди домой, папа. Тебе твоя молодая подружка еще таких, как я, нарожает. Только у меня к тебе большая просьба — не будь таким же долбоебом, когда будешь их растить.

Я пытаюсь уговаривать. Пытаюсь давить. Всё бестолку — Кир упёрся рогом. И стоит на своём.

И я совершаю тотальную ошибку — я ему уступаю. Хотя интуиция вопит вовсю.

А к вечеру я узнаю еще одну интересную новость — журналистов на Лию натравил отец Майи — Глеб Дёмин. Вот эта новость пронимает меня до печёнок. Так, что я, не раздумывая, еду к нему в офис. И меня даже пускают — правда, одного, без охраны. Но я настолько зол, что мне плевать.

Меня сопровождают в кабинет великого и ужасного, где я с огромной радостью, бью его по морде.

С извечным вопросом:

— На хуя?!

Отвечать он мне не отвечает — мы просто сцепляемся, пока охрана самостоятельно не решает вмешаться, прежде чем мы друг друга поубиваем.

— Наверное, для того, чтобы было понятно, что бывает, если тронуть мою дочь, — сплюнув кровь на шикарный ковер, сообщает мне этот мудила.

— Да? Кому понятно — двадцатилетней девчонке, которая вообще не при чем?

— А Майка — при чем? — взвивается Дёмин, — Она на привидение похожа! После выходных с твоим сынком!

— Я... - и вот что отвечать? С девочкой не должно было случиться ничего такого. Но... Случилось, — Ты, что, думаешь, я ожидал от Кира такого выверта? Или, может, я его надоумил?

— Смотреть лучше за ним надо! И воспитывать...

— Слушай ты, воспитатель! Много ты в этом понимаешь!

— Побольше твоего!

— Травлю прекрати по-хорошему. Иначе — я тоже могу удивить. Не сомневайся...

На этом и расходимся.