Украденные прикосновения

Он смотрит на меня несколько мгновений, губы сжаты в тонкую линию, затем кивает. Я отношу свою чашку кофе на стол, сажусь на правое бедро Сальваторе и тянусь к корзине с выпечкой. Его правая рука ложится на мою талию, и он продолжает есть.

Сидеть на коленях Сальваторе во время еды было немного странно вначале, но я привыкла к этому. Это началось месяц назад, сразу после стычки с ирландцами. Сначала он настаивал, чтобы я сидела у него на коленях, когда мы завтракали. Потом это перешло и на ужин. Теперь на каждый прием пищи. Когда я спросила его, почему, он ответил, что до сих пор не забыл, что я сказала ему, что уйду, если он снова получит пулю, и это мое наказание. Это не похоже на наказание. На самом деле, мне очень нравится быть так близко к нему. Его объяснение, конечно, было прозрачной чушью. У Сальваторе проблемы с признанием собственных чувств, поэтому неудивительно, что ему так же трудно их выразить.

""Ты будешь звонить мне каждый час"", — говорит он и сжимает мою талию.

""Ты знаешь, что буду"". Я кладу поцелуй в уголок его плотно сжатых губ.

""Не забывай, Милен"".

Я вздыхаю, беру его лицо между ладонями и наклоняю его голову. ""Как насчет того, чтобы звонить каждые тридцать минут? Тебе так будет легче?""

Он просто смотрит на меня в этой своей необычной манере, как будто хочет впитать меня в себя глазами.

""Тогда тридцать минут"". Я улыбаюсь и целую его. ""Тебе нужно начать говорить об этих вещах, Торе. Я не всегда могу угадать, когда тебя что-то беспокоит"".

""Пока что ты справляешься"".

Раздается звук падения чего-то на пол, за которым следует сердитое рычание, когда Риггс выбегает из кухни и мчится по жилому пространству. Секунду спустя Курт на бешеной скорости мчится за Риггсом, но теряет сцепление с полированным полом и в итоге скользит по коридору на боку, ударяясь задницей о стену в конце.

""Этому коту нужно пересадить мозг"", — говорит Сальваторе, и я разражаюсь смехом.

""Если это была твоя попытка пошутить, то тебе нужно поработать над своей подачей"".

""Ты смеешься, не так ли?""

""Да"", — фыркнула я, — ""но только потому, что ты мой, и я не хочу тебя разочаровывать"".

Он поднимает бровь.

""Ты не можешь шутить с той же интонацией, с которой угрожаешь смертью, Сальваторе"". Я кладу еще один поцелуй на его губы, беру еще одно пирожное из корзины и встаю. ""Я позвоню тебе. Обещаю"".

* * *

""Я действительно не понимаю, зачем это нужно"", — ворчит Пиппа, когда мы доходим до парфюмерного магазина. ""Первые несколько раз было весело, но теперь это кажется странным"".

Я оглядываюсь через плечо. Алессандро идет в нескольких шагах позади нас, он выглядит опасным в темном костюме, его наушник виден.