Украденные прикосновения

Когда я делаю ставку, Милен медленно поднимает одну бровь, но воздерживается от комментариев. Когда с картинами покончено, аукцион, как всегда, переходит к ювелирным изделиям. Обычно на этом этапе я ухожу, но сегодня я решил остаться и понаблюдать за реакцией Милен на предлагаемые украшения.

Я уже почти пришел к выводу, что она совершенно равнодушна к драгоценным металлам и камням, когда ей приносят старинный золотой браслет. С точки зрения дизайна в нем нет ничего особенного. В нем нет ни драгоценных камней, ни бриллиантов, просто массивный золотой циркуль с выгравированными на его поверхности разрозненными цветочными элементами.

Единственное, что в нем особенного, это то, что он сделан в двенадцатом веке. Глаза Милен расширились, и она наклонилась вперед, рассматривая крупный план, показанный на огромном экране над подиумом. Она совершенно не обращала внимания на все бриллианты, рубины и жемчуг, которые мы видели до сих пор, но теперь она, не моргая, смотрит на самый обычный на вид предмет. В примечании под изображением указана начальная цена в 650 000 долларов. Убедившись, что Милен не видит, что я делаю, я поднимаю руку. Мое движение едва уловимо, но чувства аукциониста очень тонко настроены.

""Черт"", — бормочет она, все еще глядя на браслет. ""Эти люди сумасшедшие"".

Кто-то из первого ряда поднимает ставку до $660 000. Я снова поднимаю: $670 000. Мужчина из первого ряда следует за мной. Я мог бы продолжать, но я предпочитаю поскорее отправиться домой. Я снова поднимаю руку и называю сумму.

""У нас один миллион"", — объявляет аукционист. ""Есть еще ставки?""

""Иисус, блядь, Христос"", — говорит Милен, глядя на аукциониста. ""Я бы очень хотела встретиться с сумасшедшим, который заплатит миллион долларов за браслет"".

Аукционист закрывает торги, и я пишу сообщение своему банкиру. Он всегда наготове и знает, что деньги нужно перевести немедленно и без вопросов, независимо от суммы.

""Пойдем."" Я встаю и беру Милен за руку, ведя ее к столу у входа.

""Один миллион. Такое часто случается? Я имею в виду, кто так делает? Арт, я понимаю. Есть люди, которым нравится иметь подобные вещи на своих стенах — знаете, это своего рода сумасшествие, — но да ладно"".

Она продолжает свое недоуменное бормотание тихим голосом, пока я подхожу к стойке, чтобы подписать бумаги и подтвердить, что картина будет отправлена на мой обычный адрес.

Когда клерк принимает документы, я указываю на прямоугольную бархатную коробку. Когда он приносит ее, я достаю браслет.

""А что, если кто-то украдет его?"" продолжает Милен. ""Такие вещи застрахованы? Один миллион. Это просто возмутительно, если хочешь знать мое мнение"".

Я поворачиваюсь и вижу, что Милен снова смотрит в аукционный зал, уставившись на большой экран, где все еще показывается изображение браслета.