Не верь мне

Ото всех. И для каждого у меня свой вариант. Так если бы я в конец завралась.

-Оль, если дело в твоём бывшем, то вы же вроде как разводитесь. Или я ошибаюсь? – по-своему понимает он моё замешательство.

-Дело не в Серёже, - уверенно заявляю я.

А в нас… или во мне. Добавляю с большим сомнением, но уже про себя."

"-Тогда в чём проблема? Ты одна, я один, мы оба взрослые и нравимся друг другу.

Последнее звучит излишне самоуверенно. Но ведь он мне действительно нравится. Или же просто отвержения не вызывает? Но это его ""взрослые"". Прям как мамино «хотя бы для здоровья». Меня передёргивает. И Киреев не может этого не чувствовать, на его лице отражается праведное возмущение, даже кажется обида. Интересно, а он хоть когда-то в свое жизни получал отказы?

-Извини, - прошу я прощения неизвестно за что. Хотя если честно, то вины как такой за собой не ощущаю. – Просто…

-Ты всё ещё не готова? – он вроде как старался вести себя сдержанно, всячески показывая мне, что готов ждать столько сколько надо. Но отчего-то мне верилось в это с трудом. Скорее уж Никита чувствовал, что если давить на меня, то я точно взбрыкну.

Качаю головой.

-Тогда что? – в его голосе появляются первые нетерпеливые нотки. Наверное, думает, что я ломаюсь. Или как там говорят, динамлю его? А я элементарно не хочу. Ни-че-го.

Самое нелепое, что я смогла сделать – это просто пожать плечами. Надо было бы сказать что-то более веское и категоричное, но не объяснять же ему что я-дура, и я запуталась?

Никитина рука неожиданно ложится на моё бедро, а я такая спокойная, что самой странно. Может быть, потому что не вижу в нём угрозы? А может быть настолько не восприимчива к контексту ситуации? И вообще мне, кажется, что я всё сама по жизни могу. Не получив никакого сопротивления, Киреев опять наклоняется совсем близко и шепчет мне почти в самые губы.

-Давай, уже рискнём?

И вроде как всё правильно, но… Но. Хочу опять отвернуться, но чужие пальцы усиливают нажим на бедре, а его вторая рука скользит по моей щеке, ограничивая меня в движение.

-Оль, пора завязывать со всеми этими играми, - опять в самые губы. В этот раз дёргаюсь я уже более энергично, вот только Никита не позволяет, держа меня за подбородок. Вроде бы как не больно, но уж точно, бабочек от этого в моём животе не появилось.

Округляю глаза в праведном негодовании. Пара неясных взглядов и… меня спасает открывшаяся дверь.

Игорь, иронично изогнувший бровь, стоял, скрестив руки на груди и с вызовом поглядывал на Киреева.

-Никита Алексеевич, - с нехилой долей сарказма в голосе обратился он к всё ещё держащему меня Никите. – Там присутствие Ольги Владимировны жизненно необходимо.

Киреев словно игнорирует всю двойственность и неоднозначность ситуации. Невинно хлопает своими ресницами и сладко улыбается.