Не верь мне

Собственно, мы уверенно подбирались к подростковому возрасту и я с замиранием сердца ждала, что же ждёт нас за поворотом.

Крош. Моя точка невозврата. Странно, но с Аней я никогда не задумывалась о том, что значит быть матерью, а вот с сыном меня накрыло. Хотелось ясности и ответов. Понимала же, что я у него одна буду, поэтому сделать хотелось всё правильно, получалось через раз. Он был сложнее, чем Аня. Эмоциональней, восприимчивей, острее. И это ничуть не успокаивало моего извечного чувства вины перед ним. Но я тешила себя надеждами на то, что однажды он меня возможно простит.

А сейчас нам надо было просто жить. Чем мы собственно и занимались, и у нас даже неплохо так получалось. По крайней мере, в один прекрасный день я перестала ощущать себя на грани выживания. Дети ладили и нежно любили друг друга, хоть каждый вечер и скандалили между собой. Крош, несмотря, на всю свою сложность рос очень подвижным и на удивление смышлёным. Местами даже счастливым. Дочь тоже нашла свой баланс в нашей безумной семье.

И всё было вполне спокойно. Пока Измайлову не приспичило приехать обратно.

Глава 7

Глава 7.

Тем же вечером Аня осторожно поскреблась ко мне в комнату. Я как раз меня постельное бельё в надежде, хоть как-то себя отвлечь.

-Ты сердишься, - то ли спрашивала, то ли утверждала она.

Обречённый вздох вырывается сам собой.

-Мы это уже обсуждали.

-Но ты… - останавливается дочь на полуслове.

-Расстроена, - решаю быть честной с ней. – Но с тобой это никак не связано. Вернее, мне очень жаль, что тебе приходится разрываться между мной и папой. Но это полностью наша с ним вина.

Почему-то смотреть на дочь тяжело, и я в буквальном смысле ухожу с головой в пододеяльник. Это спасает меня от полного эмоционального коллапса, потому что к следующему вопросу я просто оказываюсь не готова.

-Ты всё ещё его любишь?

Челюсть у меня отпала. Но пока я копошусь в попытках найти выход из этого куска ткани, зачатки самообладания немного возвращаются ко мне. И тут же улетают куда-то прочь, стоит мне увидеть глаза собственного ребёнка. Надежда, в них стоит долбанная надежда. Я ведь даже этого и предположить не могла, что спустя столько лет она все ещё может чего-то ждать."

"-Ань…

-Мам, ты на него так злишься до сих пор… даже говорить о папе толком не можешь.

Такая взрослая и понимающая, такая маленькая и наивная.

-Мы с … Серёжей, - на его имени голос дрогнул сам собой, - когда-то очень любили друг друга. Но возможно, были ещё слишком молоды, чтобы уберечь. А может быть, просто всё ушло. Такое бывает, к сожалению. Поэтому не думаю, что спустя столько лет вообще уместно говорить о… наших чувствах. Что было, то давно прошло. Зато у нас есть ты…, - «и Крош», добавляю я мысленно про тебя. – И я всегда буду благодарна твоему папе за это.