Заберу твою жену

Еще один хозяин жизни.

- Милая, тебе заказать что-нибудь, чтобы расслабилась? – Миша по-хозяйски гладит меня по колену.

- Воду. Я не откажусь от бутылки. Закрытой!

Последнее слово специально выделяю. Обычно я не имею права показывать, насколько сильно не доверяю мужу. Для всех окружающих мы должны быть идеальной парой. Однако нынче мои паранойя, тревожность и мнительность в три глотки кричат об опасности.

- Ну кто ж в таком месте пьет воду? – усмехается Миша и, повернувшись к официанту, просит: - Коньяк для дамы. Лучший, что у вас есть.

- А мне воду. В стекле. Открою и налью сам, - в нарушение всех правил заказывает Глеб.

В отличие от моего заказа, требование Аристархова Миша не комментирует и не пытается изменить. Он лишь молча кивает официанту – словно дает добро. А как только парень уходит, превращается в радушного завсегдатая шоу.

- Обычно здесь не самая интересная программа, но сегодня организаторы обещали постараться. – Миша откидывается на спинку дивана.

- И что же нас ждет? – лениво интересуется Аристархов.

- Не хочу раскрывать интригу. Ждать осталось совсем недолго.

Будто он и есть тот самый организатор, муж кивает в сторону ринга и сразу же после этого кивка на сцену выходит ведущий.

От одного взгляда на этого высокого мускулистого мужчину по моей спине катится холодок.

Кажется, я его уже видела. Пять лет назад. Именно он стрелял из электрошокера в Германа. Именно он наносил самые жесткие удары. И был одним из тех, кто тащил Германа в проклятый сарай.

От такой встречи перед глазами мутится.

- Мне нужно отойти. – Встаю, не дожидаясь разрешения мужа.

- И куда же ты, любимая?

- Где здесь уборная?

Ноги ватные. За грудиной перестук. Мне просто необходимо куда-нибудь убраться. Хоть на минуту! Успокоить сердце и постараться выкинуть из головы ненужные воспоминания.

- Дорогая, ты так все шоу пропустишь. Сходишь позже.

Миша с такой силой дергает за руку, что я падаю на диван.

- Я быстро. Обещаю, - стараясь не смотреть на Аристархова, цежу сквозь зубы.

- После окончания я лично свожу тебя, куда захочешь, - холодно чеканит муж и до боли сжимает мою ладонь.

Стиснув зубы, чтобы не вскрикнуть, я соглашаюсь.

Вжимаюсь лопатками в холодную кожу дивана. Задерживаю дыхание и лишь спустя несколько секунд позволяю себе медленный вдох.

Как становится ясно уже через минуту, появление на сцене одного из тюремщиков мужа – не случайность. Назвав имена троих мужчин, этот «ведущий» открывает скрытую дверь за своей спиной, и из темного коридора выводят незнакомца.

Как и конвоиры, он одет в одни спортивные шорты. Босые ноги неуверенно переступают по бетонному полу. Пальцы то сжимаются в кулаки, то плавно разжимаются, будто мужчина пытается размять затекшие ладони.

- Этот...