Забудь о нем

Обычное, человеческое, без мишуры и понтов, без стремления всех обогнать, нагнуть и выйти победителем.

Просто пруд. Лебеди. Булка. И девушка, от которой я без ума.

Лучший день в моей жизни.

Наглые птицы совсем привыкли к людям поэтому без страха подплывали к кромке воды и требовательно били крыльями, выхватывая подношения прямо из рук. Я не удержался и протянул одному из них на раскрытой ладони кусок мякиша, за что тут же и поплатился. Белый гад, опасаясь, что его опередят сородичи, схватил кусок, а заодно и меня хорошенько щипнул. Неприятно.

— Ах, ты…— я отдернул руку, в последний момент проглотив крепкое словцо, едва не сорвавшееся с губ.

Вероника сразу всполошилась и бросилась меня спасать.

— Тебе больно? — в глазах неподдельная тревога.

— Нет, — пожал плечами, — просто не ожидал, что меня попытаются съесть.

— Покажи! — она подступает еще ближе.

Опасно близко. Так что я могу рассмотреть едва различимые веснушки у нее на щеках.

— Да, все хорошо, — беспечно отмахиваюсь я и старательно отвожу взгляд, чтобы она не поняла, что творится у меня внутри.

— Дай руку! — требует Вероника и, не дожидаясь ответа, хватает мою конечность.

Мне едва удается сдержать дрожь, когда мягкие теплые пальцы прикасаются к моей ладони. Водят по коже, едва уловимо поглаживая.

— Все в порядке, — выдает на полном серьезе, будто действительно ожидала увидеть рваную рану, из которой торчат обломки кости, — все хорошо.

И снова проводит по ладони.

Невесомые прикосновения — как удар ниже пояса. Даже перестаю дышать, ошеломленный своей собственной реакцией. Вероника тоже замирает и медленно поднимает на меня взгляд. В нем плещется растерянность, приправленная чем-то жгучим, пьянящим. Девушка шумно вздыхает, неосознанно опускает взгляд на мои губы и краснеет, а у меня сердце спотыкается, сбивается с привычного уверенного ритма.

Разве можно так смотреть. Невинный взгляд откровеннее самого явного флирта, жарче объятий, желаннее прикосновения.

— Прости, — она отпускает мою руку и делает шаг назад, нервно поправляя прядь, выбившуюся из пучка.

Я не понимаю, за что она просит прощения, но задыхаюсь от осознания того, что не только меня плющит. Вероника совсем не умеет играть, все ее чувства, как на ладони. Я вижу, что ее тянет ко мне. Чувствую.

Протягиваю руку и сам бережно убираю прядь в сторону, пропуская шелковистые волосы между пальцев. Она прикрывает глаза, закусывает пухлые губы и вздыхает. Отрывисто. Сладко. Будто ждет чего-то.

От этого жеста у меня перегорают предохранители. Притягиваю ее к себе, зарываясь пятерней в волосы и целую. Вероника сначала замирает, а потом неуверенно подается вперед. Ее губы настолько мягкие, вкусные, что хочется выпить их до дна. Я ловлю ее стон.