Замена объекта

- А со мной? - снова встряла Катя.

- И с тобой - особенно, - улыбнулся я. - До окончания следствия, разумеется.

- Почему это со Светланой можно обсуждать, а со мной нельзя? - попыталась обидеться она.

- Потому что Света и так все будет знать. Катя, если ты собираешься перечить мне в служебных вопросах, то мы с тобой больше никогда ни о чем не договоримся. Тебе ведь и для канала «Культура» надо материалы делать, и для МузTV, и «Рыцарей» снимать. Так вот, одного слова Бори Безрядина будет достаточно для того, чтобы в мире искусства и в шоу-тусовке с тобой никто никогда не имел никаких дел.

А для Бори достаточно одного моего слова. Ты меня поняла?

Теперь она уже всерьез собралась обидеться, но через пару секунд передумала. Все-таки Катюша Кибальчич была настоящей журналисткой, для которой интересы дела всегда на первом месте, а личные обиды - это так, ерунда, о которой даже думать не стоит.

- Поняла, Игоречек, - она весело улыбнулась. - А с женой Безрядина мне можно познакомиться?

- Зачем? - не понял я. - Ты же с ней знакома, она была на съемке, когда ты делала материал про «Рыцарей».

- Ну, это не то, - протянула Катя. - Там я с ней знакомилась как журналистка с телевидения, а ты меня представь как свою подругу.

Это же совсем другое дело.

- Хочешь вытянуть из нее интимные подробности про Бориса?

- Ну, Игоречек…

По Сашиным щекам слезы лились уже Ниагарским водопадом, еще чуть-чуть - и платок придется сушить в стиральной машине.

- Ладно, - сдался я, - все равно нужно Сашу отсюда выводить. Пошли. Катя, бери Сашу, одевайтесь и ждите меня на лестнице. Мне нужно переодеться и позвонить Светлане.

Ах, какой я молодец! Как ловко я вывернулся из ситуации «Саша уйдет, а я останусь».

И не в том дело, что я не хотел, чтобы Катя осталась. Против этого я совсем даже не возражал. Но я терпеть не могу, когда кто-то принимает решения за меня. От этого я зверею.

К счастью, Светка оказалась дома и согласилась принять нашу компанию «на чашку чаю». Я быстренько сменил домашние, потрепанные кошачьими коготками джинсы на тоже джинсы, только поприличнее, выскочил в прихожую одеваться и чуть не сбил с ног Катю, с растерянным видом стоящую босиком над своими ботиночками. Дверь на лестницу распахнута, Саша стоит на площадке с неизменной сигаретой, а Катя почему-то до сих пор здесь.

- В чем дело? Почему ты не обуваешься?

- Там… это…

Она протянула мне ботинки, и я все понял. То ли мои звери отомстили мне за запертые двери, то ли им конкретно Катя не понравилась, но маленький, тридцать третьего, наверное, размера ботиночек, изящный, модный, с длинным узким носком, был использован кем-то из котов в качестве сортира. Ну что ж, неоригинально, такое уже бывало. И, что характерно, всегда с женщинами. К мужчинам мои звери куда более лояльны. Я метнулся к телефону.