Заставь меня остановиться 2

— Даже нос твой не бесит, — усмехается, наклоняясь к моим губам. Вот же козел! И я бы сказала это вслух, а еще лучше ударила бы его, если бы в следующий момент он не поцеловал меня… в нос.

Это было очень неожиданно. Так неожиданно, что, опешив, я не сразу осознала, что Богдан, судя по тому, что обе его ладони задрали мою ночнушку, оголив бедра, а губы вновь оказались на моей шее, настроен на реальное продолжение. Первый раз на заднем сиденье авто с пьяным мужчиной, пусть и по любви — это уж точно не то, о чем я мечтала. А вот Лукьянову вообще по фиг. Его блуждающие по моему телу руки, частое дыхание и совершенно точно ожившая анаконда в штанах, говорят о том, что он настроен на секс. Здесь и сейчас. Полный капец.

Когда его губы оказались на моей ключице, он вдруг резко от меня отпрянул, при этом на его лице не осталось и следа от улыбки. Брови нахмурены и взгляд блуждает по моему телу. Недобрый взгляд.

— Чья это толстовка? — добрая душка Лукьянов улетел в неизвестном направлении.

— Брата.

— Какого еще брата?! Он здесь не живет

— Другого брата. Младшего. Какая вообще разница?

— Этот тоже неродной?

— Родной. Чего ты пристал? — упираюсь руками в его грудь, когда до меня вдруг доходит.

— Да вообще ничего, — иронично произносит он, резко потянув толстовку вниз, оголив при этом мои плечи. — Мне не нравится, когда от тебя пахнет чужим мужским запахом, — с силой сдергивает с меня кофту. — Будь эта толстовка брата, друга, или случайно забывшего ее экс-бойфренда. Я понятно объясняю?

— Как же ты меня сейчас бесишь! — не знаю, что на меня находит, но я со всей силы сжимаю его нос. И выкручиваю до тех пор, пока Богдан сам меня не останавливает больно сжав мое запястье.

— Ты совсем чокнулась?! — скидывает меня со своих ног на сиденье так, что я ударяюсь рукой о клетку. Кажется, у Лукьянова на глазах выступили слезы. Скорее всего от боли. Блин, переборщила. — А если он будет синим?! Как я появлюсь на работе?

— Это тебе за то, что в очередной раз считаешь меня какой-то давалкой, — первой нарушаю затянувшееся молчание.

— Что ты несешь? Какая давалка?!"

"— Обыкновенная. Я тебе русским языком сказала, что это толстовка брата, а ты мне поверил?! — молчит, упершись взглядом на съехавшую лямку сорочки. — Не поверил, равно как и в то, что я с твоим братом не спала.

— А ты мне поверила, что я не живу со своей женой и наш брак формальный? С себя бы начала, а потом уже на меня пеняла.

— Оба хороши, — вполне искренне соглашаюсь я, поправляя лямку сорочки. — Давай поговорим. Нормально. Ты когда-то предлагал по-взрослому.

— Обязательно поговорим по-взрослому, но не сейчас. Несмотря на вонючую толстовку твоего брата, у меня все колом стоит, — захлопывает дверь.