Жена на продажу, таверна на сдачу (СИ)

Феланор и Карл пошли выбирать лошадку, а я не без удовольствия пошла по лавкам, где продавали отрезы ткани на платья, белье, душистое мыло и прочие женские радости.

Денег я с собой взяла предостаточно, чтобы купить все, что мне вздумается.

Поэтому настроение у меня было преотличное.

Думаю, муж нечасто баловал Адель новыми нарядами. Да и на рубашке было немало штопок.

Поэтому у меня просто глаза разбежались, когда я увидела, сколько всего можно купить в лавке!

— А ленты есть? — пролепетала я. Хозяйка лавки все выкладывала передо мной ткани, отмеряла кружева, и я купить хотела абсолютно все!

— Конечно, есть, — радостно щебетала она. — И ленты, и чулки! И тонкое полотно для рубашек!

Я даже покраснела от стыда. Потому что моих-то чулках была штопка на штопке. А большой палец все равно вылез в дырку.

Как хорошо, что этого никто не видит.

Я набрала всячины полную корзину.

С удовольствием надела тут же новые чулки, и новый чепчик. И фартук повязала новый, красивый, украшенный кружевом по подолу.

Теперь мне предстояло зайти к швее, снять мерки, и к башмачнику тоже. А то старая обувь раскисла и превратилась непонятно во что!

Я уж было собралась пойти по своим делам дальше, но в дверях, выйдя на улицу, нос к носу столкнулась с муженьком!

Ох, не нравятся мне эти как будто бы нечаянные встречи!"

"Сдается мне, он за мной следил! Выжидал, когда я одна останусь! Иначе чего б он делал в лавке с дамскими товарами? Покупал себе панталоны с рюшами?

— Да что же это! — невольно ругнулась я, невольно отступая. — Шагу ступить невозможно, чтоб не вляпаться в какое-то дерьмо!

Муж был все таким же гладким и гадким.

Холеный щеголь, разжиревший за чужой счет.

По местным меркам он был вполне привлекательным мужчиной. Но меня тошнило от его угодливой улыбочки и прищуренных хитро глазок!

— Какая ты стала дерзкая, Адель! — усмехнулся муженек, рассматривая меня с головы до ног. — И нарядная какая! Загляденье!

Как будто тут и поджидал меня всю неделю, окопавшись в кустах!

И следом за ним, как черти из табакерки, выскочили его мать с отцом! И тотчас набросились на меня!

— Да тут у вас целая засада! —потрясенная, прошептала я.

— А ты молодец, девка! — без обиняков сообщил мне старый хрыч. О схватке с Якобсом напоминал лиловый фингал у него под глазом. И старик, пытающийся важничать, с тростью в руке и с синяком, выглядел комично. — Махом избавилась от старого скряги! Здорово его отделала! И поделом ему! Так ему! Отомстила за нас! Будет знать, как руки распускать!

— Говорят, — проскрипела старуха, желчно улыбаясь, — палач с него шкуру-то спустил! Недолго проживет, старый жадина! А если и проживет, то в сумасшедшем доме. Как будто ю, разум из него выколотили как есть.