Жена Джалала. Вернуть свое

Джалал смотрит на меня с недовольством, отчего кровь застывает в жилах, и перемещает одну из своих рук мне на подбородок, сжимая его в жестокой хватке твердых пальцев.

– Почему ты думаешь, что я причиню тебе боль?

Вопрос заставляет мои глаза расшириться от ужаса. Это ловушка! Он хочет, чтобы я произнесла вслух его давнее обещание, но я не могу. Такие неприличные выражения никогда не вырывались из моего рта.

– Т-ты сам мне с-сказал… Тогда.

– Что я тебе сказал?

– Что заставишь меня к-кричать! – выдаю на одном дыхании, крепко зажмурившись, и слышу хриплый смешок, словно его это развеселило.

– Разве я сказал, что это будут крики боли? – выдыхает он мне в губы и я даже не дышу, шокированная такой близостью. – Открой глаза, рыжуля. Я хочу увидеть твои красивые глазки, прежде чем снять с тебя это платье. Потому что будь уверена – как только ты окажешься голой, твои глаза будут последним, на что мне захочется смотреть.

Глава 1

– Ты готова? – спрашивает мачеха, заглядывая в комнату.

– Да, Элиза. Уже иду, – откликаюсь я, закончив завязывать платок на голове.

Элиза подходит ко мне и поворачивает мое лицо к свету, скрупулезно осматривая.

– Почему лучше не скрыла синяк? – недовольно спрашивает она.

– Я не смогла, он слишком темный.

Но она мне не верит. Берет консилер и пытается лучше замазать кровоподтек на щеке, оставшийся после последнего проявления ярости папы, но не добившись лучших результатов, сдается.

– Ладно, идем. Ты и так красивая, они оценят. Если что, ударилась об угол стола, когда убиралась, поняла меня?

– Да, – идя вслед за ней, отвечаю я.

Хоть у нас и есть слуги, меня заставляют убираться и готовить наравне с ними, чтобы были навыки хорошей хозяйки и я не опозорила семью, когда выйду замуж. Мой папа очень традиционен, считает, что женщина должна заниматься только домом и после окончания школы сразу начал подыскивать мне жениха. Сегодняшние смотрины уже пятые в моей жизни, потому что его никто не устраивает и он все ищет мне жениха получше, а мне, между тем, исполняется восемнадцать через несколько дней и это заставляет его еще больше нервничать.

– Не заговаривай, пока тебя не спросят о чем-то и не смотри прямо на мужчин, – как и каждый раз, дает мне указания Элиза."

"Это она от нервов. Хотя она и не заменила мне мать в силу своего молодого возраста, но мачеха хорошо ко мне относится и, как я, до смерти боится гнева отца, который склонен поднимать на нас руку при малейшей ошибке.

– Я не дам ему повода, – ободряюще сжимаю ее руку.

Мы спускаемся по лестнице и я прохожу в гостиную, где собралось не меньше десяти человек. Я не поднимаю опущенных в пол глаз и направляюсь на голос отца, который велит мне подойти.

– Садись, дочка, – ласково говорит он, усаживая меня рядом с собой на диван.