Жена Джалала. Вернуть свое

Вчера я похоронил сына. Всю прошлую ночь я провел, утешая его мать и стараясь не показать своей слабости, потому что ей нужно было сильное плечо, чтобы пережить это. Ты – тот, кто заставил нас пережить это, Джалал! Никто и никогда не причинял мне такой боли, а я немало повидал за свою жизнь, и одна часть меня требует, чтобы я удавил тебя, подлый змееныш, но другая часть не позволяет, потому что ты все еще мой сын. Даже если я никогда больше тебя не увижу…

Я терпеливо жду, пока он закончит, хотя, учитывая какую версию ему преподнесли, мне хочется немедленно опровергнуть все его обвинения. И когда отец замолкает, я позволяю себе заговорить непослушным, пересохшим языком. Черт, все бы сейчас отдал за глоток воды!

– Селим напал на меня и я убил его в честной схватке. Пока Булат не пришел добить. Не знаю, что он тебе наплел, но я тот – кого предали. Не они.

– Не надо, Джалал, – устало поднимает руку папа, останавливая меня. – Даже не пытайся. У Булата кишка тонка, чтобы поднять нож на человека. Тем более на брата. Вы с Селимом всегда выполняли за него грязную работу, думаешь, я этого не знал? Проклятый неженка! Он теперь думает, что убил тебя. Его первое убийство! И этот идиот теперь мой наследник. Единственный! За это я никогда тебя не прощу, сынок. Ты испортил все, ради чего мы работали.

– Подумай логически, – вклиниваюсь в его речь. – Мне не было никакого смысла убивать их. Все знали, что я стану главным после тебя."

"– Ты начал лажать и почувствовал неуверенность, – усмехается отец. – Не надо, Джалал, я не за этим пришел. Я знаю тебя и знаю Булата. Ты что угодно скажешь, чтобы выиграть. Но твоя игра окончена, понимаешь? Я не могу тебя убить, но для мира ты отныне мертв. Твои похороны прошли вместе с похоронами Селима. До самой смерти ты теперь будешь заключен в тюрьму, которой станет для тебя этот дом, за то, что сделал со своим братом, со всеми нами. Я не прощаю предательства, ты знаешь. Охрана круглосуточная, периметр оцеплен, я не пожалел средств, чтобы не дать тебе возможности сбежать от наказания. Никакой связи с внешним миром. Охране запрещено носить с собой мобильные в их смену, только рации для внутренней связи. Зная тебя, смерть показалась бы тебе лучшим наказанием, но нет. Твое время еще не пришло, сынок. Прощай.

Он встает, чтобы уйти, но я не позволю запереть себя только потому, что упрямый осел не хочет меня слушать.

– Ты неправ, папа, остановись! Посмотри камеры, проверь телефон Селима, он писал кому-то перед тем, как напасть на меня! Булат лжет тебе, ты должен это понять!

Он не останавливается. Даже не оборачивается перед тем, как закрыть за собой дверь, и я кляну все на свете, потому что мое тело слишком слабое, даже чтобы просто сесть.