Женаты поневоле

Но вместе с тем во мне жила любовь к нему как отцу. Несмотря ни на что. Я до последнего надеялась, что он все равно хоть немного, но любит меня такую как есть.

Что ему важна его дочь, а не только деньги и бизнес.

Но сегодня во мне что-то умерло окончательно.

Мирон что-то говорит, но я не могу разобрать ни слова."

"Запоздало понимаю, что он вроде бы заступился за меня перед папашей. Только какое это имеет значение? Они оба - люди, которым плевать на тех, кто рядом.

Мне так больно от понимания, что я - одна, что навестить маму не смогу еще очень долго.

Что нет никого, кому было бы не безразлично, что со мной будет.

- Варя, посмотри на меня, - настойчиво повторяет муж. Отводит мою ладонь и зачем-то прикладывает что-то холодное к щеке. - Потерпи, иначе будет синяк.

А мне все равно. Пусть будет. Какая разница?

- На, вот, выпей.

Мотаю головой, но Адамиди упрям. Снова и снова повторяет одно и то же. В итоге я сдаюсь.

- Что случилось? - спрашивает он чуть позже.

- Тебе не все равно?

- Нет, мне не все равно, если твой отец начинает тебя бить.

Я не могу сдержать истеричный хохот.

- Это шутка такая? Или ты вдруг забыл, что сам отлупил меня просто потому что захотел?

- Ты сама знаешь, что это другое.

- Я знаю, что вы оба - козлы, которых я ненавижу! Слышишь?! Не-на-ви-жу! Чтоб вы оба сдохли! - кричу, отползая от него.

- Осторожнее со словами, - цедит Мирон. Его внимательность и забота мгновенно исчезают, стоит только сказать ему правду в лицо. - Или ты считаешь, что получить по заднице за собственную дурь и словить удар в челюсть от родного отца - одно и то же?

- А ты, наверное, доволен собой, да? Считаешь, что покрасовался, вступился за бедную девушку. Чувствуешь себя героем?

- Я сделал то, что посчитал правильным.

Меня трясет. Колотит. От всего происходящего. Я просто не справляюсь.

- То есть по-твоему унижать меня - это правильно? Издеваться надо мной - правильно? Так чем ты лучше моего отца? Ему плевать на то, как живет его дочь с тем, кто ее лупит. Чем ты лучше него?!

- Успокойся! - повышает голос Мирон - У тебя истерика, Варвара. Тебе надо остыть.

- Нет! Мне надо избавиться от вас всех! И раз уж вам всем плевать на меня, то и мне теперь будет плевать на всех вас! Почему я должна думать о ком-то, если обо мне не думает никто?! - Адамиди молчит, но явно сдерживается. Отмечаю это скорее на фоне, потому что меня уже несет - сегодня я собираюсь высказать ему все, выплеснуть всю боль, что разрывает меня. - Молчишь? Отлично! Тогда я тебе скажу - я не собираюсь с тобой спать. И точка. Мне плевать, чем там тебе грозит папаша. Плевать, что там угрожает твоей семье. Я ни за что не лягу под тебя, понял?!

Я успеваю только моргнуть перед тем, как оказываюсь распластанной под мужским телом.

- Как же ты меня задолбала, - рычит Мирон.