Жертвы осени

Они находились совсем недалеко от здания бизнес-центра, где, как он знал, располагалась редакция портала «Вольск с огоньком», потому Василисе не составит труда прийти в магазинчик минут через пятнадцать – лишь бы оказалась на месте.

«А пусть пойдет как пойдет», – вдруг подумал Вадим, набирая номер.

Ева как-то напряглась, вцепилась пальцами в край столешницы. Вадим подвинул к ней небольшую карточку-меню:

– Выбирай пока. – И девушка послушно углубилась в чтение названий десертов и сортов чая. – Алло, Василиса? Добрый вечер, это Резников беспокоит. Да… нет, я совсем недалеко от вас, если вы на работе.

Ах, даже так… Ну так, может, вы забежите пообщаться? Да, я бы вас познакомил кое с кем. Конечно. Знаете чайный магазинчик в Глуховом переулке? Тут еще кафе есть… Хорошо, мы вас дождемся.

Он убрал трубку в карман и посмотрел на Еву:

– Ты что-нибудь выбрала?

– Да. А ты что будешь?

– А я по списку, – рассмеялся Вадим. – Очень хочу и пирожное, и коржик какой-нибудь, и еще трубочку с кремом…

Ева улыбнулась: ей почему-то всегда казалось очень милой вот эта любовь Вадима к сладкому, он словно переставал быть врачом и превращался в мальчика, с наслаждением выбиравшего пирожные в витрине кондитерской.

– Кондитерская… – вдруг произнесла Ева, и взгляд ее стал чуть рассеянным. – Ты представляешь, что я вспомнила? Меня папа водил по воскресеньям в кондитерскую – была такая на проспекте Мира… И там были большие витрины, подсвеченные цветными лампочками, – отдельно стояли торты, отдельно пирожные на подносах… и папа покупал мне что-нибудь очень вкусное вроде корзиночки с кремом… я не любила масляный, всегда просила с безе…"

"Вадим любил, когда она вдруг ни с того ни с сего начинала вспоминать какие-то моменты из детства.

Память у Евы не пострадала от препаратов, но она крайне редко делилась вот такими моментами, как будто охраняла от всех ту жизнь, что была у нее до встречи с Вознесенским, не желала смешивать себя прежнюю и себя настоящую.

– А кого ты позвал? – вдруг спросила она, прервав воспоминания.

– Молодую девушку.

– Ты завел подружку? – поинтересовалась Ева и вдруг прикрыла рот ладонью: – Вадим, прости… это не мое дело…

– Все в порядке. Нет, я не завел подружку. Это просто знакомая.

– Ну ладно…

Им как раз принесли чай, когда в дверях магазинчика появилась Василиса, остановилась на верхней ступеньке, оглядывая помещение сквозь очки. Вадим приподнялся и помахал ей рукой.

– А вот и моя знакомая, – вставая из-за стола и помогая Василисе снять куртку, сказал Вадим. – Знакомьтесь. Ева, это Василиса. Василиса, это Ева – или ты предпочитаешь быть Евой Александровной?

Она отрицательно покачала головой:

– Меня никто не называет Евой Александровной. Не произвожу должного впечатления.