Жестокий муж

Пятый этаж.

Не слишком высоко, но при этом в твои окна никто не заглянет.

Именно это я сказала риелтору, когда мы оформляли сделку.

Однокомнатной квартиры мне было вполне достаточно. Мне и Мурке, которая однажды встретилась мне на улице. Я так мечтала о своей квартире. Всегда.

Раньше жила с деспотичным отцом и его новой женой в большом пустом доме, где можно гонять в футбол, но приходилось ходить на цыпочках.

Ненавидела то место, ненавидела забор, ненавидела контроль, которым отец окружил меня.

Хотел выдать замуж, потому что считал, что я ни на что другое просто не способна.

И он ошибся.

Я отказалась следовать его правилам. Отказалась быть красивой игрушкой в руках бездушного дельца, свиноматкой, рожающей снова и снова.

Я ушла из дома с одним единственным чемоданом.

Сама поступила на журналистский факультет, работала в ночном клубе официанткой, чтобы скопить деньги на разные курсы.

Отец с тех пор так и не общался со мной.

Вычеркнул из своей жизни, сказав, что я неблагодарная тварь. Его жена много раз мне звонила, предлагала помириться с отцом, говорила, что он скучает по мне, но мы оба слишком упертые, чтобы пойти на примирение первыми.

За одно ему могу сказать спасибо. Палки в колеса не вставлял. Жил эти восемь лет своей жизнью.

Эта квартира с ремонтом, по-моему собственном дизайну символ того что я не совершила тогда ошибку. Что я поступила правильно, пойдя своим, пусть и более сложным путем.

А теперь что?

Теперь я даже в квартиру попасть не могу. В свой дом! Теперь там понатыканы камеры, а некий Саид решил, что он может меня пугать.

Не может!

Это моя квартира!

Я взяла на нее безумно дорогую ипотеку и лишая себя выходных, смогла выплатить всего за четыре года.

Я не позволю какому – то татарину портить мою жизнь! – решительно кричу внутри себя, делая шаг и вновь отступая.

Это все конечно красивые слова, а как на деле? На деле у меня коленки дрожат пока в подъезд захожу, пока на лифте поднимаюсь. Пока ключ в замочную скважину вставляю.

Стоит приоткрыть дверь, как на меня залетает Мурка, а я шумно сглатываю от испуга. Оглядываю полутемное помещение…

Наверное, он не настолько безумен, чтобы ворваться в мой дом и ждать меня тут.

Но он безумен в том плане, чтобы понатыкать камер, а значит он здесь был… И от этого сильно не по себе.

Я прохожу в квартиру, включаю везде свет… Оглядываюсь Никаких изменений… Все так же… Но почему теперь неуловимое присутствие этого властного мужчины ощущается так остро…

Не переодеваюсь, не моюсь, просто кормлю Мурку и долго смотрю в окно.

Мне нравится вид.

Я долго выбирала, чтобы можно было смотреть на реку в этом старом районе возле Лиговского проспекта…. А теперь что? Теперь даже река мне кажется враждебной…

Кручу телефон, перед глазами маячат четыре буквы.