Измена. Я от тебя ухожу

- Тебе ведь нравится жить так, чтобы ни в чём себе не отказывать?

Вновь вспышками в памяти возникли образы мамы и Лизы. Надя закусила нижнюю губу, оттолкнув руки Пьера. Картинки того, как хорошо было в детстве, когда родители вдвоём приходили пожелать им с сестрой спокойной ночи. Как они вместе собирались утром первого января, чтобы улететь в совместный отпуск. Как мама бросалась варить бульоны и морсы, стоило только Наде приболеть. Всё это мелькало разноцветным калейдоскопом, к которому хотелось протянуть руку и молиться, чтобы он стал порталом в ту безоблачную детскую жизнь, что сейчас казалась недосягаемой. И ведь Надежда сама лишила себя этого.

- Я… ничего не хочу, - повторила она и, развернувшись, выбежала из каминной.

Ей казалось, что за ней гонится Пьер. Что он вот-вот схватит её и вновь утащит туда, где уже не станет церемониться. Что потом? Ей нужно будет проходить унизительную процедуру у врача, чтобы доказать, что всё происходило против её воли? А если всё дойдёт до новостных каналов, где её вообще выставят соблазнительницей?

Нацепив сапоги, Надежда метнулась в ту сторону, куда Пьер унёс её куртку. Обнаружив огромную гардеробную, распахнула шкаф. Мельком заметила женскую одежду - шубы, пальто с мехом, модные куртки. И когда заметила свой пуховик, сорвала его с вешалки и помчалась к выходу.

В себя пришла только когда покинула территорию особняка, даже не удосужившись закрыть за собой калитку. Куда бежать, не знала, но понимала другое - ей нужно оказаться как можно дальше от этого места.

Только когда вызвала такси, которое, слава всем святым, прибыло довольно быстро, она сообразила, что можно было просто позвонить отцу и скинуть ему точку на карте, чтобы он приехал за ней. Но что она могла ему сказать? Правду о том, что Пьер предлагал ей интим?

- Пап… это Надя. Я уже еду домой, - проговорила она в трубку, набрав номер отца. - Да, с Лией всё в порядке. Она спит. Нет, я на такси. А Пьер… остался с ней.

Закусив губу, она вздохнула и добавила:

- Я скоро буду и всё расскажу, хорошо?

Сбросив звонок, Надя уставилась в окно. Ей нужно было обдумать, что стоит говорить папе, а о чём лучше умолчать. От этого зависело ни много, ни мало, а её будущее.

Миша метался по квартире, словно загнанный зверь. Сначала злился, что Лия так с ним поступила, потом убеждал себя, что сам виноват в случившемся. И если Тоня залетела от него, а не от своего сопляка, то стоило напомнить себе, что в процессе создания нового ребёнка семьи Малининых сам Миша участвовал наравне со своей женой.

Налив себе порцию выпить, Михаил устроился на диване и принялся ждать Надю. Странно, но сегодня, когда Лия заявила, что больше не хочет его видеть, он испытал ещё и чувство облегчения.