Жизнь за жильё

Представители разных ведомств государственной службы в этот солнечный и почти летний день подошли к входу практически одновременно. Поджарый майор Жилин с короткой армейской стрижкой в ветровке и джинсах вполне соответствовал своей фамилии с должностью и был похож на русскую гончую. Опер с чёрной папочкой в руках оказался у входа чуть раньше и первым заметил своего товарища в костюме и лёгком светлом плаще. Оба служивые были одного роста, стройные и широкие в кости. Следователь прокуратуры Князев, больше походивший на профессора университета со своей битловской причёской, степенно подошёл с другой стороны набережной и протянул ладонь:

— И вновь, да здравствует милиция!

— Здорово, надзор."

"— Василий Петрович, мы не виделись с того самого незабываемого момента обмывания ваших майорских звёзд в этом скромном заведении.

— Нам есть, что вспомнить, Алексей Павлович.

— А я вот смутно припоминаю, как ты, новоиспечённый майор Жилин, уже на выходе после мероприятия хотел перебежать на спор по тонкому льду на тот берег. Говорил ещё, что ты в пехоте служил в Германии, где Эльбу форсировал. И тебе эта пробежка будет, как два пальца об асфальт.

Друзья одновременно посмотрели на синий купол Троицкого собора, возвышавшийся над историческими домами противоположного берега Фонтанки. Майор Жилин хитро улыбнулся:

— Что-то я не припоминаю таких забегов?

— Так, я же тебя и остановил, друг мой ситный. Ты пальто с ботинками уже скинул и разминаться начал на свежем воздухе. Различные армейские упражнения показывал своим молодым сотрудникам. Прямо тут, около Английского мостика.

— Господин советник юстиции, это гнусный поклёп на целого майора российской милиции. Вы ещё скажите, что я по воде, аки апостол Пётр, на тот берег прошёл.

— Может быть, и прошёл бы, Вася. Не знаю. Я же тебя остановил и назад в «Пургу» вернул.

— Осмелюсь спросить у надзорной инстанции — зачем вернули?

— Перед пробежкой на ход ноги принять.

— Это была правильная идея.

— Да, Вася. И после посошка понесли тебя твои сотрудники домой, словно раненого командира, в пальто и ботинках.

— Не припомню я таких подробностев, господин хороший. Но, я тут краем уха услышал одну занимательную историю, про то, как один следак чуть своего подследственного в Крестах на тот свет не отправил.

Старший следователь прокуратуры перестал улыбаться и жёстким взглядом согнал с лица товарища всю радость встречи. Старший оперуполномоченный несколько замялся и предложил:

— Пройдём к столу?

— Пойдём, перекусим. Потом расскажу.

В кафе друзей уже ждали. Метрдотель и одновременно официант, племянник Рагима лет двадцати пяти, встретил прямо у входа и проводил к столику. Большой зал со стенами цвета морской волны был почти заполнен.