Звёздный камень

Со взрыва, устроенного Кифом, прошла неделя, и помимо первого дня – когда Софи побывала у Прентиса и в убежище «Незримых» – вся неделя состояла из ничего, ничего и еще большего ничего. О Гетене Софи слышала только: «Мы ожидаем ответ Совета». А Алден с Деллой попросили Фитца с Бианой побыть в Эверглене, чтобы «провести время с семьей». Даже ночные разговоры с Кифом не принесли пользы. Он до сих пор пытался понять, прятал ли Финтан тайник там же, где Старейшины, – глубоко в бездне пустоты, доступ к которой имели только телекинетики и телепортеры. Если да, то Кифу нужно будет выяснить тайный голосовой код Финтана, и тогда он сможет украсть тайник так же, как украл его у Софи. Но пока что Финтан с Алваром не проронили ни слова.

Поэтому Софи всю неделю развлекала себя телепатическими разговорами с Силвени, проверяя, все ли у аликорнов в порядке, довольны ли они и хорошо ли прячутся. Силвени все еще была на первом триместре своей одиннадцатимесячной беременности и с радостью делилась деталями, которые Софи предпочла бы не знать, – например, утренней тошнотой.

Осторожно, спойлер: видимо, рвота аликорнов была такой же блестящей, как их навоз."

"А еще в Силвени пробуждался материнский инстинкт: она то и дело брала с Софи обещание, что та позовет ее, если окажется в опасности. Забота Силвени радовала, но Софи бы никогда не подвергла опасности малыша, как бы Силвени ни уверяла, что она не такая хрупкая, как Софи боится.

Остальное время Софи тратила на то, чтобы как можно больше узнать о Алабестрин – но в библиотеке Грейди не нашлось ничего полезного. Единственная минимально интересная находка состояла в том, что Алабестрин была изолирована от остальных звезд, и ее белое сияние считалось «чистым», ведь другой свет его не касался.

Но «чистых» звезд было много. А в чистом свете не было ничего особенного – хотя, читая о нем, Софи вспомнила о зеркале под названием «Путеводная звезда». В Серебряной башне элитных курсов был Зал Озарения, полный уникальных зеркал, – каждое должно было помочь одаренным узнать о себе что-то новое.

Путеводная звезда отражала чистый свет, и Софи считала, что это хоть что-то, да значит. Но… зеркалу было несколько сотен лет.

Она все равно спросила о нем мистера Форкла, и тот напомнил, что «Незримые» не изобрели слова «путеводная звезда». Но совпадение все равно было странным.

– Так чем ты занимался? – спросила Софи у Декса. – Я пыталась тебе звонить, но ты не отвечал.

Декс похлопал себя по карманам и нахмурился.

– Наверное, оставил передатчик в «Хлебни да рыгни». Но до этого он всегда был со мной, и оповещений не было. Я помогал отцу справиться с заказами в магазине. Все закупаются лекарствами. Кажется, народ боится, что при следующем нападении «Незримых» кто-нибудь пострадает.