Академия проклятий. Книги 1-7

Ты дал мне возможность строить планы, делать что-то важное, быть услышанной, наконец… А потом ты же попытался все это отнять, Риан!

Он промолчал, но я уже молчать не могла:

– Зачем ты научил ценить себя, если в итоге ни мое мнение, ни мои желания для тебя ничего не значат?! И я знаю, что ты очень страшный, я всегда это знала, Риан, но я боюсь не тебя, я до крика боюсь того, что ты отберешь у меня крылья, которые дал сам…

Он вновь промолчал.

Я, чувствуя, как едва сдерживаемые рыдания сотрясают, тихо простонала:

– Да, я испугалась… Да, появились сомнения… Да, не хочу жить, постоянно чувствуя вину за то, что поступаю так, как считаю нужным.

"И я замолчала, ожидая ответа. Хоть какого-нибудь… хоть одного слова… Но Риан молчал. Черные глаза едва заметно задумчиво мерцали, огонь больше не угасал… Для него, не для меня… Для меня с каждым мгновением становилось все более очевидно – он не услышал… снова. Он просто не услышал.

И когда магистр заговорил, я уже отчетливо знала, что прозвучит:

– Я не могу дать тебе то, чего ты так отчаянно желаешь, Дэя.

Слезы хлынули по щекам… Я продолжала сидеть, глядя на Риана сквозь пелену слез, а он так же молча смотрел на меня с сожалением.

– Не могу, любимая, – тихо повторил магистр. – Но в моих силах дать тебе большее.

Я замерла, силясь понять, что в его понимании «большее», а Риан поднялся, подошел ко мне, осторожно взял за руку, подтянул рукав… Брачный браслет рода Тьер с тихим щелчком освободил мое запястье. И с золотым ободком в руке магистр вернулся, вновь сел в кресло, разглядывая изящное ювелирное изделие. Риан смотрел на браслет, не на меня, а сказал все же мне:

– Это то, что ты так отчаянно желала получить? – Он поднял голову, пристально посмотрел в мои глаза.

Отрицательно покачала головой.

Магистр улыбнулся. Такая теплая, полная нежности улыбка, а в глазах тоска. Я отчетливо ее видела…

– Прости, – прошептала я.

Улыбка стала грустной.

– Прости за проклятие, – почти прошептала.

Напряженный взгляд на меня.

– Прости, но я не хочу снова быть той покорной и безответной Дэей, которой была раньше…

И мир снова подернулся дымкой слез, а сердце сжалось от боли… Магистр молчал, и смотрел он теперь только на браслет, а я просто не могла больше ничего произнести.

– Дэя, – тихий, грустный голос, – Дэя…

Не знаю, что он хотел сказать, но так и не произнес ничего, кроме моего имени. Просто сидел, держа в руке обручальный браслет, и молчал. А затем сжал украшение, да так, что оно погнулось под сильными пальцами, направил пристальный взгляд на меня и проговорил:

– Я обещаю тебя слышать.

Правда?

Точно правда? Наверное, сомнение отразилось на моем лице, потому что Риан раздраженно продолжил:

– Я свое слово сдержу, Дэя.