Академия проклятий. Книги 1-7

Магистр молчал, пока я пересекала двор, молчал и когда одним движением освободил женщину от чар, но вот когда мы уходили, вслед мне раздалось:

– Я достану книгу.

– Люблю тебя, – прошептала я.

И даже не подозревала, что буду услышана, пока ветер не принес в ответ тихое:

– А я тебя…

Счастье – это когда паришь над землей, невзирая на все обстоятельства.

* * *

За недавно отстроенным храмом в честь Яреня открывался вид на огороженную территорию святилища Забытого. Причем территория была полностью целая и даже с боков не подгоревшая.

Увидев это, волхвица упала на колени и просто зарыдала. А еще тут были жрецы – много и без толку, потому как видеть они нас видели, а шевельнуться не могли. Силен магистр Темного Искусства лорд Риан Тьер, очень даже силен. Впрочем, если я правильно поняла, то жрецы магией вовсе не обладают, так что ситуация с полным и абсолютным поражением закономерна.

– Мм-м… – промычал ближайший ко мне чернобородый.

– Ничего не поняла, – честно сообщила я и поспешила к волхвице.

Поднять ее удалось не сразу, а успокаиваться она не желала категорически, плакала – и от радости, и от надежды, и от счастья, и оттого, что глазам своим не верила.

Не поверила и ушам, когда из-за ворот, расписанных обережными знаками, послышалось:

– Мама?!

И мне стали понятны ее слезы. В итоге, пока открывались ворота, служительница культа Забытого и адептка Академии Проклятий рыдали вместе. Изможденные, исхудавшие и пошатывающиеся волхвицы вскоре к нам присоединились, правда, они с опаской рыдали за воротами, но слезы нам не помешали к ним войти.

И вот там я осознала, насколько плачевным было положение волхвиц, которые практически год продержались в осаде. Дальнейшие мои действия можно объяснить только состоянием аффекта.

– А жрецы упитанные, – разглядывая бледные лица и впалые щеки, заметила я, имея в виду, что у них явно имеются полные еды кладовые. – Кто идет со мной?

Реакцией на мои слова стал робкий вопрос от худенькой девочки лет двенадцати:

– За жрецами?"

"Я не сразу поняла, о чем она, а когда дошло, было поздно – обозленным, изголодавшимся женщинам идея понравилась:

– На вертел их!

– И засолить!

– Мясо вяленое впрок заготовим!

Так как стояла я в воротах, имела возможность оглянуться и взглянуть на жрецов – двигаться-то они не могли, но слышали все! И по вмиг побелевшим лицам потекли капли выступившего от ужаса пота.

Жалко мне их, кстати, совсем не было, а вот несчастных женщин – да, жаль до слез, и потому я внесла иное предложение:

– Мясо готовить долго, а жрецы в основном старые, но тут должны кладовые быть.