Развод. Без права на прощение

Если он узнает, если он поймёт…

Господи, что будет с сыном? На его празднике родители решили развестись.

Герман дотронулся до перил и снова шагнул вперёд.

Я зажмурилась.

Хоть бы не заметил. Хоть бы…

— Крис, это ты? Кристин?

Глава 2

Я задержала дыхание. Муж стал озираться по сторонам, но никого разглядеть не смог. Он так и не отключил вызов. Сквозь стук своего сердца я слышала, как девица что-то тараторила. Даня вышел следом и огляделся.

— Гер, знаешь пословицу, что на воре шапка горит? — друг положил руку мужу на плечо, похлопал. — Так вот, сейчас я реально увидел как это бывает.

— Да иди ты… — отозвался муж. Сбросил руку с плеча. После чего коротко сказал в мобильный. — Все, мне некогда говорить, вечером позвоню…

Муж ещё раз осмотрел кусты, а я застыла. По щекам текли слёзы и горло болело.

Нет.

Этого не могло быть.

Мы же с Германом все начинали вместе. Делили с ним все невзгоды. Я же была той, которая согласилась на скромную свадьбу в одной из столовых, и была счастлива, потому что не важно было как, мне важно с кем.

С Германом.

На мне не было пышного платья или хрустальных туфелек. Мне не делали макияж и причёску. Я сама заплела себе волосы в ажурную косу и закрепила на ней короткую скромную фату. Герман сам бегал с друзьями, чтобы купить алкоголь подешевле, сам договаривался с кем-то из знакомых, чтобы машина, на которой мы приедем в загс была старым раритетным Мерседесом. И нам ничего кроме друг друга не надо было.

А сейчас оказалось, что я так и осталась той Кристиной, которая поддерживала во всем мужа, а он…

Он изменился.

И изменил.

Я выползла из кустов с другой стороны, и отряхнула подол платья, в котором торчали всякие веточки и листва. Направилась вместе с подносом в детскую зону.

Я боялась, что меня перехватят и начнут говорить, потому что из связного я могла сказать только одно: муж мне изменяет.

Я встала с краю площадки, где пена была повсюду и закрывала ножки столов со сладостями, и дети чуть ли не с ума сходили, дёргая нескольких аниматоров. Мирон носился и кричал громче всех. Ему сегодня можно. Он именинник.

Боже… что с нами будет? Как объяснить сыну, что папа больше нас не любит. Как? Как уйти, как в глаза смотреть общим друзьям?

Как я буду одна с сыном?

Гер прав. Я давно не работала. Я потеряла всю клиентскую базу. Я сама загнала себя в декрет, потому что Мирон был долгожданным ребёнком. И теперь я не понимала, что делать.

Куда я уйду с сыном?

Будь я одна, сразу собрала бы вещи и, плюнув на все, прокричала Герману, что со мной так нельзя, но сейчас от моих необдуманных поступков мог пострадать Мирон.

А вдруг Герман вообще захочет у меня его отобрать?

— Крис! — донёсся до меня окрик мужа. — Вот ты где!

Герман подошёл сзади, обнял меня за талию.